Такой финал

Не успел Арт метнуться в сторону Серафима, как тот сделал размашистый удар мечом, отгоняя от себя противника, и вскочил на ноги. Быстро перехватив оружие обратным хватом, Серафим наполнил его светом и превратил в копье.

Бой снова поменял стиль, и теперь уже воин света теснил Арта. Прикрываясь от резких выпадов, он наносил уколы один за одним. Шаг за шагом он теснил паладина все дальше и дальше, пресекая все его безуспешные попытки изменить картину боя.

В итоге «Чистейшему» пришлось извернуться и, сделав ложный выпад, нанести сокрушающий удар в само оружие.

Эффект сопровождался громким хлопком, и кончик копья исчез во вспышке, а само оружие приобрело первоначальную форму, оказавшись обычным мечом.

Снова два воина сошлись в жестокой рубке. Снова непрекращающийся звон от удара клинков. Вот только теперь свет от щита воина исчез и переместился в его глаза. Раздался рев Серафима, и он с каждым мгновением становился все быстрее и быстрее.

Дошло до того, что бой превратился в смазанное пятно серого цвета.

И лишь натренированный взгляд, усиленный магией, смог различить…

Меч, вылетевший в косом ударе справа налево, вдруг оказывается по центру и тут же пронзает грудь мертвого паладина.

Оба воина замирают на несколько секунд, словно статуи, глядя друг другу в глаза.

— Тьме не победить свет, — тяжело дыша, произнес противник. — Так было, есть и будет…

Броня из вороненой стали на груди паладина начинает идти трещинами и осыпаться пеплом.

— Темным тварям не место в этом мире…

— Как и тебе, — ответил слабеющий Арт.

 — Как и тебе…

Серафим делает толчок и ударом ноги в кисть отбивает взметнувшийся клинок паладина.

— Ты принес достаточно смерти и тьмы в этот мир. Пришла пора отправиться туда, откуда ты пришел…

Еще один рывок — и клинок наполовину уходит в грудь темного паладина. Тот падает на колени, но и не думает умирать. Он снимает шлем и, глядя глазами, полными тьмы, на Серафима, четко произносит:

— Посмотри мне в глаза! Посмотри!

Рука, закованная в стальную перчатку, хватается за лезвие меча.

Шипит, издает вонь паленой плоти, но все сильнее сдавливает его.

— Погаснут звезды, и светило превратится в черную дыру, — прохрипел Арт и, перехватив лезвие клинка, дернул его на себя, проталкивая его внутрь себя. — Реки пойдут вспять, и на полях вместо зерна родится каменная пыль…

Перехват — и снова рывок клинка на себя. Арт проталкивает лезвие в свое тело.