Такой финал

Бог не сможет за вас решить как вам жить. Все, что я могу, так это ударить в нужное место и в нужное время всей мощью стихии. Не более того. Я хотел бы сказать, что всесилен, но это не так. Всего лишь стихия наделенная разумом…

Пока Уринай рассказывал, ни Мак, ни сам темный бог не заметили, как в остановившемся времени медленно, сантиметр, за сантиметром, продолжали ползти на тело Арта руны.

Сам Арт оставался неподвижен, но сталь на перчатках начала гнуться от напряжения кистей, державших меч. Ни один мускул на лице Арта Чистейшего не дрогнул, но из его носа медленно, неохотно потекла черная густая тьма, разбавленная прожилками света.

— Ты был бы нашим гарантом, ты был бы олицетворением единой Империи и…

— Бог — это сомнительный гарант единства, — покачал головой Уринай. — Я понял это недавно. Да, я сам так и раньше думал. Бог — это сила. Бог — это мощь! Но пленный будет кланяться пока к ему угрожают оружием. Убери оружие и он не подумает гнуть спину. Чтобы пленный поклонился надо оказаться достойным его поклона.

— И ты решил пожертвовать собой ради людей?

— Людей? — вздохнул Уринай. — Ты хотя бы можешь представить сколько сил и времени я положил на дело всей своей жизни? Сотни лет и безумные силы, ради того, чтобы раз и навсегда закончить эту войну. Чтобы сделать империю свободной от предрассудков, свободной от войн и постоянных интриг. Люди тут не причем.

— Все ради мечты и дела всей моей жизни.

Мак замолчал, переваривая сказанное, а темный бог тем временем продолжил:

— В любом случае я пришел сюда не поговорить.

Мне надо кое-что закончить. — он взглянул на парня и спросил: — Готов ли ты закончить сделку?

— Готов ли ты проснуться в постели за день, до вылета того самолета?

Мак замер и впился взглядом в глаза Уриная.

— Ты предлагаешь мне…

— Вернуться к семье, детям и прежней жизни. Без условий, без камазов, без… — тут Уринай запнулся и с улыбкой добавил: — Без обмана. Я могу повернуть все вспять.

— Как очередной обман? — хмыкнул темный бог.

 — К сожалению — да. Но сейчас я собираюсь отдать очередной свой долг. Как только время снова пойдет, я ударю и после этого уже навряд ли смогу вспомнить о своем долге. Хорошо если вообще не перевоплощусь.

Мак стоял и растерянно хлопал глазами.

— Ну так как? Все по честному. Возвращаешься?

Мак оглянулся и взглянул на Левитанию, с испугом смотрящую на щиты, трещавшие от напряжения. Затем он взглянул на Ашри, обнажившую пару коротких клинков.