А он человек жесткий и конкретный. Сказал, что дает мне один шанс – подумать до утра. Исключительно ради ребенка. Чтобы я обрубила все на корню и одним махом. Знаете, так странно – в ту ночь я очень крепко спала. А утром сказала ему, что ничего поделать с собой не могу. Тогда он предложил мне собрать вещи – на сборы дал три часа. В общем, я собрала, что сумела, и ушла с двумя чемоданами. – Она вздохнула и закрыла глаза. Было видно, что она очень устала. Молчали мы минут десять. Первой не выдержала я:
– Ну, – усмехнулась она, – здесь же и так все понятно.
Как ведут себя в подобных ситуациях сильные мира сего? Как они все это решают? Да и потом, кто же такой матери отдаст ребенка? И что я смогу ему дать? В общем, с его деньгами и связями… Правда, царской милостью мне разрешено видеться с ребенком два раза в год. Я на такое благородство и не рассчитывала. Сначала было невыносимо. А теперь я привыкла. А так – я жива. И почти здорова, – улыбнулась она. – И вообще, у меня все хорошо. С моим любимым мы живем душа в душу.
А то, что денег не хватает, так это можно пережить. Ведь не бывает все и по полной. Всегда приходится чем-то жертвовать. Из чего-то выбирать. – Она опять зашлась в сильном кашле.
– Я сделаю вам чаю, – предложила я и вышла на кухню. Очень захотелось курить. Я плотно закрыла кухонную дверь и с трудом открыла ветхую форточку.
Ничего себе жертва, подумала я. Я бы считала, что жертвой было бы остаться с нелюбимым мужем, только бы рядом с ребенком, да и как можно все это ставить на одни весы? Какие мужики? Ну просто нет на свете таких мужиков, ну не родились они просто, чтобы можно было выбирать между ними и собственным ребенком.
Для меня это было определенно константой. Хотя я не была – и слава богу! – в такой ситуации. Да и жизнь за эти годы объяснила подробно, что такое компромиссы. И все же, если это компромисс… Понять до конца я этого всего, видимо, не способна. Для меня всегда был ребенок и – все остальное. Но мы же все такие разные. Да, не выглядит она счастливым человеком.
А много ли я видела абсолютно счастливых людей? В общем, как сказал поэт, каждый выбирает по себе. И для себя. И в этом главная мудрость. Но все же ее очень жалко почему-то. Я налила чаю в большую щербатую кружку и выдавила туда половину лимона. Когда я зашла в комнату, Вероника опять дремала. Я посмотрела на часы – все мои планы на сегодня рассыпались как карточный домик. День был сбит и потерян.
Я позвонила ей на следующий день и спросила, не нужна ли ей моя помощь.
