Талисман Белой Волчицы

Но они уже перевалили пологую горушку, и Ермашка, вытянув вперед руку, весело провозгласил:

— Кажись, приехали, Алексей Дмитрич!

И его Ханат радостно заржала, узнавая родные места, Внизу, в умытой дождем широкой долине громоздились с десятка два рубленых изб с пологими крышами и столько же, наверное, приземистых деревянных и войлочных, крытых корой юрт. В огороженном жердями загоне бродили овцы и небольшой табун лошадей. Между юртами сновали собаки и голопузые ребятишки.

Ребятишки, радостно галдя, взгромоздились на жерди загона, наблюдая за приближающимися всадниками.

Из юрт высыпали взрослые: мужчины в длинных, подпоясанных кушаками или кожаными поясами с кисточками рубахах, в островерхих, обшитых овчиной или выдрой шапках, в мягких сапогах без каблуков. Из-за их спин робко выглядывали женщины в темных широких платьях с яркими узорными обшлагами и вставочками на плечах. Пестрые платки были завязаны узлом на затылке. В ушах — массивные медные или серебряные серьги, на руках — браслеты, тоже тяжелые, причудливой формы. На шее мониста или ожерелья из кораллов.

Из толпы вышел навстречу им плотный седоватый мужчина, с черными усами скобкой на полном лице. Узкие глаза почти утонули в складках продубленной солнцем и ветрами кожи. На голове у него была суконная шапка, обшитая горностаем, рубаха — шелковая, пояс украшен серебряными бляшками, сапоги юфтевые, с косой колодкой, сшиты на русский лад. На поясе, как у каждого уважающего себя жителя тайги, широкий нож в серебряных ножнах и огниво в кожаном мешочке.

— Это сеок Савелий Кирбижеков, отец Ермашки, — успел шепнуть Егор Алексею и, спешившись, поспешил навстречу главе рода.

— Изенер. — Егор приложил ладонь к сердцу и церемонно склонил голову, приветствуя сеока.

— Это Алексей Дмитрич, большой начальник из губердии, — сказал почтительно Ермак и неожиданно поклонился Алексею. Тот опешил и не нашелся что ответить. Сеок бросил через плечо короткую фразу, и тут же два молодых парня в длиннополых суконных кафтанах, с медными от загара лицами, подскочили к «важному» гостю с двух сторон.

Один принял от него поводья, второй подхватил под локоть, когда Алексей попытался сойти с лошади. Так, поддерживая его под локоть, он и подвел его к сеоку.

Тот обвел гостя взглядом хитро прищуренных глаз, затем произнес несколько фраз на родном языке с такой важностью и достоинством, что напомнил вдруг Алексею ректора Горного института в момент вручения дипломов вновь испеченным инженерам.