Но мама повторяла, и как-то так получилось, что Лёка правда очень любила Нику, а Ника Лёку.
В данный момент Ника разорялась в трубке, а Лёка с большим трудом запихнула юбку в сумку и потащила ее к двери.
Артем должен приехать с минуты на минуту.
Хорошо бы успеть сварить к его приходу кофе. Он любит крепкий кофе – сорт «Лавацца», – с ломтиком лимона, и тоненький гренок с листом салата и лепестком копченой утиной грудки.
Он вообще хорошо разбирается в дорогой одежде и правильной еде.
– Это ты его приучила, дура, – гундосила сестрица, когда им случалось вместе обедать. – До тебя, с супругой, он, небось, бутерброды с колбасой наворачивал и щи мясные из кислой капусты! А ты ради него все кулинарные шедевры изготавливаешь!
Но после Платона, которому было решительно все равно что есть, Лёке нравилось кормить Артема, которому было не все равно. Ей хотелось, чтоб глаза у него блестели, чтоб ему было вкусно. И чтобы она была для него самой лучшей, самой заботливой, белочкой-умелочкой!.
.
– Короче, в Питер ты меня не берешь, – заключила сестрица. – И я тут хоть пропадай со своим романом, который не пишется!
– Как это не пишется? – спросила разумная Лёка. – Ты сядь и пиши, вот он и напишется.
– Да ведь, когда «сядь и пиши», ерунду какую-нибудь напишешь, потом все равно придется переписывать. Надо хорошо писать-то! А писать хорошо – трудно, это еще Горький подметил, великий пролетарский писатель.
– Ты все равно не напишешь, как Горький, – возразила Лёка. – Ты уж пиши, как бог на душу положит!
– Да мне надоел этот роман, сил нет!
– Ну, тогда напиши прямо сейчас, с красной строки «Все умерли». А внизу напиши «Конец». Будет концептуальная проза.
– Я с тобой как с человеком, а ты!.. Так чего тебя в Питер несет столь внезапно? Мы что-то отвлеклись.
– В командировку.
– А почему ты говорила про кутузку?
– Это ты говорила, Ника! Там у нас просто… человек пропал.
Да еще с документами. Ну вот, шеф и попросил, чтобы я съездила, поискала его.
– Ты что, глава общества искателей?!
– Ника, отстань от меня. Я варю кофе. Сейчас уже Артем приедет, у нас времени нет совсем.
– А он с тобой летит?
– Ну да.
– Ну, это еще туда-сюда, – сказала сестрица задумчиво, – а то она одна поедет пропавших искать! А как он мог пропасть, этот ваш человек? Где? И что у него за бумаги?
– Ника, не приставай.
