Там, где рождается любовь. Нейронаука о том, как мы выбираем и не выбираем друг друга

Снова и снова я управляла ее полем зрения, заставляя обратить внимание на игнорируемую сторону, посетить другие комнаты в доме ее разума, включить больше света и разрушить мешающие стены.

Она начала делать небольшие успехи, которые постепенно переросли в грандиозные. Меня поразило осознание того, что если бы она не была художником, если бы у нее не было этой страсти, этой любви к своей работе, то она никогда не смогла бы оправиться после такого обширного инсульта. И похоже, именно с любовью были связаны многие успехи Югетты в реабилитационном центре.

Когда мы помещали слева от нее фотографию дорогого ей члена семьи, например внука, она замечала ее легче и быстрее, чем изображение неодушевленного предмета или незнакомого человека. Положительные ассоциации, вызываемые фотографией внука, порождали мощную эмоциональную реакцию, которая активировала лимбическую систему мозга. Эта система управляет эмоциями и воспоминаниями и, что особенно важно, улавливает сигналы и посылает их в теменную долю, давая ей импульс, позволяющий преодолеть недостаток внимания.

Медленно, по мере создания новых ментальных связей, Югетта формировала новые привычки, находила новые способы видеть и научилась переводить внимание на левую сторону. Сначала объекты, находившиеся там, визуально распадались на части, как стеклышки витража. Но со временем картина стала целостной. Холст расправился.

Через год она почти полностью восстановилась. Помимо этого, после реабилитации она стала еще лучше видеть углы и пропорции, острее чувствовать каждый мазок кисти и еще больше ощущать себя художником.

Она призналась мне, что до инсульта иногда слишком осторожничала в своей работе. У нее даже был комплекс неполноценности рядом с мужем, который был коммерчески успешнее в живописи.

После инсульта и восстановления эта неуверенность исчезла. Ее холсты увеличились, а стиль стал более свободным и экспериментальным. Она даже стала делать цветные проекции в своих работах и поучаствовала в больничной выставке.

«Не могу поверить, что говорю это, — сказала она мне, — но инсульт как будто освободил меня».

Речь, например, не локализована в одном участке. В ее формировании и обработке участвуют несколько отделов: лобная, теменная, височная доли и островковая кора. И это еще далеко не все. Далее я подробно расскажу об этих отделах, потому что они тесно связаны с нашей способностью выстраивать романтические отношения.