Там, где рождается любовь. Нейронаука о том, как мы выбираем и не выбираем друг друга

Я созвонилась с докторами Факундо Манесом и Бласом Куто из Института когнитивной неврологии в Буэнос-Айресе, у которых был подходящий пациент, чтобы раскрыть эту тайну.

Р. обратился к неврологу с типичными постинсультными симптомами, но, к счастью, большинство из них — головная боль, паралич лицевого нерва, нарушения речи — были временными. Когда мы с коллегами познакомились с ним, у него уже не было ни депрессии, ни сильной тревоги. Инсульт не повлиял на его общий интеллект, и его социальный интеллект, казалось, тоже остался неизменным.

Тесты показали, что он мог легко распознавать базовые эмоции и чувствовать эмпатию, сопереживая страданиям другого человека.

Мы провели эксперимент, чтобы определить, не вызвал ли инсульт снижения способности любить. Мы также набрали контрольную группу из семи здоровых мужчин, которые были схожи с Р. по возрасту и другим демографическим характеристикам. Затем мы показали Р. и членам контрольной группы несколько фотографий красиво одетых женщин, которые можно увидеть в приложениях для знакомств.

После просмотра каждой фотографии испытуемые делали выбор: считали ли они женщину просто привлекательной или могли представить ее своей возлюбленной.

Р. не отличался от контрольной группы по числу потенциальных возлюбленных. Но интересно, что на принятие этих решений у Р. уходило гораздо больше времени, чем у мужчин из контрольной группы. Однако когда речь шла о физической привлекательности, Р.

принимал решение так же быстро, как и члены контрольной группы.

Пациент не заметил у себя снижения способности любить, но, возможно, его жена заметила? Через некоторое время после инсульта Р. расстался с ней. Как это часто бывает при разрыве, причин было много, но я задумалась: не сыграло ли повреждение островковой доли — основы любовной системы мозга — какую-то роль в распаде его брака?

Мне стало интересно: можно ли компенсировать недостаток любовной химии другими, несексуальными способами активизации задней островковой доли? Я не говорю о такой передовой методике, как глубокая стимуляция мозга, которая, по крайней мере на сегодня, лучше всего подходит для клинических исследований.

Вместо этого можно «взломать» мозг поведенческими методиками. Задняя островковая доля активируется также при приеме пищи. Этот отдел мозга отвечает за осознание, восприятие, распознавание и запоминание вкуса.