– Ты вытащил меня в пижаме! Я даже не расчесалась!
– Аня, ты нормально выглядишь. Тебе не плевать?
– Нет! Я выгляжу, как чушка. Ржать будут не только надо мной, но и над тобой.
– Те, кто попробует, потом не досчитаются зубов. Идем.
Никита открывает дверь, обходит машину и вытаскивает меня на улицу.
– Тебе самому не стремно?
– Ты такая дура… – вздыхает он и берет меня за руку, утягивая ко входу в гипермаркет.
– А ты – козел! – отвечаю, крепче сжимая его ладонь.
Клим оборачивается, выпуская на охоту тьму. Взвизгиваю, когда он притягивает меня к себе, обхватывая ладонью затылок:
– Не беси меня, малышка.
Ты испортишь все веселье.
– Что ты имеешь в виду?"
"– Завтра узнаешь, – на его губах появляется та самая улыбка, которая нокаутирует мою разумную часть за секунду.
Что он задумал? И как мне выжить в этом Армагеддоне?
Никита мастерски орудует ножом, разделывая мясо, но самая ответственная миссия достается мне. Хлюпаю носом. Глаза невыносимо пекут.
– Набери в рот воды, – говорит Никита.
– Это не поможет.
Ты просто хочешь, чтобы я заткнулась.
– Ты уже все соплями залила. У нас будет мясо в маринаде из твоих слез? Ребята вряд ли оценят.
– Чистил бы сам, раз такой умный! – остервенело срываю тонкую сухую кожуру с огромной луковицы.
– Зачем? Если есть ты, – хмыкает он.
– Изверг, – тихо произношу я.
– Что ты там мяукнула?
Кидаю последнюю луковицу в чашку с водой и победно заявляю:
– Все! Я закончила!
– Умничка. Теперь вымой руки и отойди к окну.
– Ты когда-нибудь перестанешь командовать?
– А ты – ныть?
– Р-р-р… С тобой невозможно нормально разговаривать!
Мою руки, вытираю ладони о полотенце и забираюсь на подоконник, пытаясь проморгаться.
– А ты пробовала хоть раз «нормально»?
– Пробовала!
– Что-то я не припомню.
Подставляю влажное лицо ночному легкому ветру и впитываю кожей приятную прохладу, пытаюсь поймать спокойствие. Возле ступни лежит пачка сигарет, и я бездумно тяну к ней руку.
– Я тебя вместе с ней в окно выкину, – рычит Никита.
Вздыхаю, отклоняясь назад.
Я уже устала ругаться и спорить с ним. Серьезно! Мы бодрствуем четыре с половиной часа и еще ни на секунду не останавливались в перепалках.
Поворачиваю голову, упираясь затылком в стекло. Никита собран и сосредоточен, его движения четкие и быстрые. И так во всем. Он будто знает финальный результат и не тратит время на сомнения и выверку. Наверное, это круто, быть настолько уверенным в себе.
– Сколько нас будет? Сорок человек? Зачем столько мяса?
– Нас будет много.
