Весь ее вид выражал полную решимость не отступить ни на шаг. Я тут же вспомнила, что являюсь лишь ребенком.
— Простите, дона Тильда, — понурив голову, тут же направилась к выходу из учебной комнаты.
Не очень довольная собой я последовала за доной. Кое-какой эффект от этого занятия все же достигнут, дон Радмир теперь не успокоится, пока не разберется с новыми цифрами. А мне тоже следует поразмышлять на эту тему. Ведь цель была не просто ввести новые обозначения, а притянуть все к моим математическим познаниям, к известной мне системе счета.
В этот день мне не спалось, я крутилась с боку на бок, все никак не успокаиваясь. Пока, наконец, не выдержала и прямо ночью, тихонько встав и взяв громоздкую масляную лампу, не отправилась в учебную комнату."
"В потемках до самого утра я писала и писала на листах бумаги простые примеры, объясняя законы математики прежде всего самой себе. Рисовала схемы к примерам, используя палочки и соединяла их линиями, потом записывала это все на листок. Заснула я прямо там, сидя за столиком и уткнувшись носом в свои записи.
Проснулась от шуршания бумаги и тихого бормотания дона Радмира. Учитель просматривал листочки, над которыми я работала ночью, что-то бормоча себе под нос. Потирая слезящиеся глаза, я выбралась из-за стола и, не привлекая внимая, отправилась в детскую. Дон Радмир, похоже, этого даже не заметил.
В этот день, на прогулке в классиках я прокарябала цифры. Теперь правила игры изменились. Бросая камешек, следовало назвать цифру, куда он попал и прыгнуть ровно столько раз.
Все для запоминания. Все, кроме Рориты, охотно прыгали вместе со мной, только рыжая зазнайка морщила свой носик и шушукалась о чем-то с доной Ледарой.
На уроке дон Радмир, стараясь выглядеть все знающим и изо всех сил пытаясь не показать своей заинтересованности, задавал кучу уточняющих вопросов. Мы вместе «придумали» операции с новыми цифрами. Пока только прибавление и вычитание. Еще довольно легко пришли к написанию чисел до девяноста девяти. Тут было попроще.
После сложения естественным образом получались цифры больше десяти, их мы «придумали» записывать как десять и один, одиннадцать, десять и два — двенадцать и так далее. Потом родилось число двадцать, полученное как два по десять. То есть у десяти менялась первая цифра, так проработали все двузначные числа. И весь урок занимались только этим. Дон Радмир, кроме наших каракуль, делал еще какие-то свои пометки и записи, быстро строча что-то в своих личных бумагах.
