Онлайн-библиотека книг
И хотела бы знать, почему там так написано."
"– Потому что мы записывали строго со слов вашего отца. И со слов свидетельницы, находившейся при нем с самого начала приступа. Надеюсь, ее-то вы не подозреваете в соучастии в заговоре против вас?
– А разве я говорила, что против меня составлен заговор? – невинно спросила Даша.
– Насколько мне известно, вашему начальству вы об этом рассказывали много и охотно…
– Видите ли, я не первый сыщик, против которого устраивают провокацию со сбором компромата, – сказала Даша.
Она обращалась главным образом к Савич, но видела по глазам той, что дело дохлое. У них тут «заговоры и козни» – симптом болезни, и не более того.
– Надеюсь, нас вы не подозреваете в соучастии с вашими… заговорщиками? – с непринужденной улыбкой спросил Хотулев.
– Ну что вы, – сказала Даша. – Однако так уж сложилось, что другой человек совсем по-иному описывал отцовский бред. Не так, как вы.
Взгляд докторши растерянно метнулся меж пациенткой и шефом:
– Да? А с этим человеком можно поговорить?
– Она умерла, – сказала Даша. – Ее убили. Та женщина, из чьей квартиры отца… увезли.
– Простите, Дарья Андреевна, а вы правду говорите? – спросила Савич.
– Увы, на этот раз Дарья Андреевна говорит чистую правду, – кивнул Хотулев. – Эта женщина погибла при крайне загадочных обстоятельствах вскоре после крайне напряженной и тягостной беседы меж ней и Дарьей Андреевной… буквально сразу же.
– Вы на что намекаете? – не выдержала Даша.
И увидела, как эскулапы обменялись нехорошими взглядами. Она нервничала все больше, давали о себе знать две почти бессонных ночи, Даша чувствовала, как ее начинает легонько трясти, словно в ознобе, и боялась, что врачи это заметят.
– Помилуйте, ни на что я не намекаю, – развел руками Хотулев. – Я, если помните, предостерегал вас от беседы с ней, говорил, что ни к чему хорошему это не приведет в вашем состоянии.
