Танец Бешеной

Федя развел руками, заканчивая повествование:

– Поутру нарисовался в управлении, а потом набился к вам поехать… Силен мужик, как и не жрал вчера…

– Я извиняться, но мне там сказать, что вы направляетесь произвести совершенно невинный беседа, не таящая особого служебная секрета, – пояснил мсье Флиссак, жестами и фигурой выражая, что он просит прощения за чрезмерную назойливость, но не в силах преодолеть натиска подталкивающей его в спину Музы. – И думаю, может, возможно посопровождать?

– Возможно, – вздохнула Даша.

В прихожую выглянул майор Шевчук, и Даша оживилась:

– Ага, вот кстати. Знакомьтесь. Это есть мон папа, ажан с потрясающей биографией и опытом. Он вам столько может порассказать, что вы на меня и смотреть не захотите…

– Мадемуазель Дария, на вас я смотреть всегда есть захотите! – воскликнул Флиссак, но все же сделал стойку на майора.

Федя уставился на француза хмуро, будто ревнующий первоклассник. Француз, надо сказать, уговорам внял и сейчас был одет в самую обычную для Шантарска джинсу и кожу, так что мог без труда раствориться в толпе, словно щепотка мела в миске со сметаной.

– Будем пить кофе, или сразу поедем? – спросила Даша, вспомнив о долге хозяйки.

– Если так возможно, я бы видеть этот кофе на… – И он, с невинным выражением лица, совершенно правильно ставя ударения, кратко объяснил, что предпочел бы видеть Дашин кофе на известном предмете.

Федино ржанье сотрясло стены прихожей. Даша тоже невольно рассмеялась:

– А если кофе будет горячий?

Смущенный француз, сообразив, что ляпнул нечто оплошное, с неописуемым галльским изяществом пожал плечами:

– Я что-то неправильно выразиться? Такое выражение мне слышится довольно часто, особенно вчера, когда эти славная ребята мне рассказывать, какие они крутой, и как они всех е… – на сей раз он проглотил словцо, увидев, как Федя с покрасневшим лицом и слезами на глазах хватается за живот, готовясь сползти по стеночке.

– Все правильно, – кивнула развеселившаяся Даша.

– Но я их не только вчера…"

"– Все равно. Пользуйтесь только теми русскими словечками, что с собой привезли. Иначе скомпрометируете меня жутко…

– О, француз никогда не компрометирует дама… Все понял, билять буду, – послушно кивнул мсье Флиссак.