Она развесила фонарики на деревьях и ограничилась легкими закусками, и вечеринка удалась и приятно удивила ее. Богатство не всегда портит людей. Может быть, Рейф сможет это понять?
— Мистер Родригез, как следует ухаживать за бугенвиллеей?
Растение должно было быть высоким и цвести маленькими белыми цветочками, а росток у Сары в саду все время сох, балансируя на грани жизни и смерти.
— Надо просто выбрать нужное время для посадки и запастись терпением. — Он вытер руки о робу. — Если хотите, я мог бы как-нибудь зайти и посмотреть, что можно сделать.
— Спасибо, это было бы очень мило с вашей стороны. — Сара сделала шаг назад. — Я пойду поищу бабушку. Хорошего дня. — Она повернулась к роскошной входной двери особняка.
— Миссис Доббс, — окликнул ее мистер Родригез.
Сара оглянулась: садовник внимательно смотрел на нее.
— Да, сэр?
— Держите. — Он протянул ей очаровательный нежно-оранжевый цветок гибискуса.
— Спасибо.
Запах цветка напомнил ей об ужине с Рейфом у нее в саду.
И о том, как Рейф поцеловал ее.
Поднимаясь по ступенькам крыльца, Сара постаралась забыть об этом и настроиться на поиск. Бабушка Кет сразу чувствовала, если что-то было не так, и стоит ей понять, насколько Рейф выбил ее из колеи, Саре гарантирован допрос с пристрастием. Сара улыбнулась дворецкому, проведшему ее к библиотеке и удалившемуся в гостиную. Дом производил неизгладимое впечатление, но Саре казался холодным и слишком совершенным. Ее сланцы шлепали по мраморному полу; стены были увешаны картинами, о которых говорили, что мистер Уорт объехал весь мир, чтобы собрать их.
Из библиотеки доносились голоса; дверь была лишь чуть-чуть приоткрыта, но высокие потолки коридора усиливали звук."
"— Рональд, — говорила бабушка Кет, — ты должен поговорить с Рейфом, рассказать ему всю правду и разрядить напряжение между вами, пока еще не слишком поздно.
Сара остановилась как вкопанная. Она ненавидела подслушивать, но, услышав имя Рейфа, не смогла заставить себя уйти или распахнуть дверь и прервать их разговор. Что конкретно Уорт должен был сказать Рейфу?
— Ты права, Кетлин, — устало ответил Рональд Уорт, — но я не могу набраться смелости.
Сара прижалась спиной к перилам лестницы за вазой на постаменте.
— Что ж, — сказала ее бабушка, — он уже пять месяцев в городе, друг мой. Я думаю, пора прекращать ждать, что решимость и подходящий момент придут, и просто поговорить.
— Правда отразится не только на нем, я должен придумать, как сказать остальным.
— Они тоже имеют право знать.
