— Я так рада, что ты смог купить машину, о которой всегда мечтал.
— А я рад, что наконец смог тебя в ней прокатить.
И еще он был рад, что она помнила о том, о чем он мечтал. Она не выкинула его из головы полностью, что бы ни говорила. Из динамиков лились старые мелодии, которые тоже должны были напомнить ей о прошлом.
Сара повернулась к нему. Кондиционер наполнял салон ее запахом.
— Что ты делал все это годы, кроме собирания гор денег?
— А ты не следила за моими успехами? — подколол он, стараясь смотреть на дорогу, а не на ее маленькое черное соблазнительное платье.
— Я раздавлен.
— Ну да, конечно. — Она тихонько рассмеялась. — Я прямо вижу, как пошатнулась твоя самооценка.
Он не мог позволить себе сомневаться в самом себе. Кто-то считал его надменным — ему было плевать на это, поэтому он промолчал.
— Рейф? Так ты расскажешь, что делал? — настойчиво повторила Сара.
Что ж, вреда не будет, если он расскажет ей.
— Работал строителем в Лос-Анджелесе, подкопил денег, потом пошел в вечернюю бухгалтерскую школу…
— Подожди, — перебила она.
— Ты бухгалтер?
Ее шок уязвил его. Помимо всего прочего это значило, что она действительно не следила за ним, не пыталась узнать что-то о его жизни. После его отъезда ее жизнь не кончилась. Рейф сжал руль.
— Да, я бухгалтер… — начал он и замолчал, когда она захихикала. Он бросил на нее осторожный взгляд: она прижимала руку к вырезу платья. — Что смешного?
Она перестала смеяться, но улыбка не пропала с ее лица.
— Ты никогда не мог похвастаться хорошим чувством юмора.
— Ну, тогда помоги мне понять свою шутку, — сухо сказал он.
— Я просто удивлена твоим выбором профессии. Ты не похож на скопидома, который живет в хижине и трясется над каждым центом.
Объяснение немного успокоило его.
— Я научился зарабатывать деньги, узнал законы их обращения и как сделать так, чтобы никто не отнял их у меня. И вот я глава огромной корпорации, которого все знают и любят.
— Что ж, некоторое чувство юмора у тебя все-таки есть.
Она снова засмеялась, и Рейф почувствовал, как этот звук отдается в каждой клетке его тела.
— Оно появляется, когда нужно мне, но, как правило, в нем нет нужды. У меня нет цели очаровать весь мир. — Он заправил шелковистый локон ей за ухо, и желание пронеслось по его венам с ревом, заглушившим рев мотора. — Я хочу завоевать весь мир.
— Держи обе руки на руле, пожалуйста. — Она отвернулась, но от его взгляда не укрылось, как поднялась и опустилась ее грудь.
