Танец с нежитью

Но от ордена некроманток не осталось даже следа в памяти людей, любые упоминания о нем тщательно уничтожены, а если и имеются, то доступны слишком ограниченному числу лиц. Насколько мне известно, вампиры приложили свою хладную руку и к уничтожению ордена, и к его забвению. А теперь еще и имущество наглым образом заграбастали. Именно поэтому официально считается, что некромантия — дар, недоступный для женщин. Ну и ладно. Мне же лучше. Не нужно отмечаться, как обладательнице потенциально опасного дара с потенциальным стремлением к мировому господству.

Что тут скажешь? Впрочем, чтобы наделать огромное количество живых мертвецов и создать армию, необходимо вбухать адскую прорву энергии и столько жертв положить на алтарь, что на это точно может решиться только не вполне нормальный человек. Но это к слову.

Кладбище вполне могло быть местной достопримечательностью, хотя за ним особо никто не ухаживал, трава разрослась, ограды давно покосились или их не было вовсе, но теперь, при свете дня, видно было, что некоторым памятникам явно не одна сотня лет.

Сделаны они были из дорогих сортов мрамора, а скульптуры хоть и несли на себе неумолимый отпечаток времени, но вполне могли украсить дворец знатного вельможи. Например, с удивительным мастерством высеченный беломраморный ангел с горестно поникшими крыльями скорбел над чьим-то поросшим травой холмиком так живо и искренне, что невольно хотелось положить ему руку на плечо, чтобы произнести слова утешения.

В прошлый раз, когда я бродила здесь во сне, кладбище производило мрачное впечатление, и восставшие из могил мертвецы особой жизнерадостности картине не прибавляли, да и одета я тогда была явно не по погоде.

Впрочем, и сейчас черное бесформенное платье ничуть не защищало от палящего жара солнечных лучей, а босые ноги все время норовили порезаться о какие-нибудь осколки камня или расцарапаться об особо грубые стебли травы.

— Хоть колючек не догадались посадить, — мрачно прошипела я.

Колючек не было. Не было мертвецов, что лезли из земли, а затем мрачной стеной наблюдали за моим шествием.

Только яростно, немилосердно палило солнце, словно желало выжечь всю растительность своим вниманием. Солнце, которое, по идее, должно было сжечь меня дотла, превратив вампирское тело в маленькую горстку пепла.

Я посмотрела на свои мертвенно-бледные руки. Так и есть. Когти присутствуют. Осторожно ощупала клыки языком и зашипела от боли — все равно укололась. Странно иметь во рту такие опасные зубки.