Танец с нежитью

 — Мало того что упырем обзываешь, на «ты» называешь все время, а я, между прочим, старше тебя как по человеческим, так и по вампирским меркам, так еще и шикаешь! Что дальше? Пальцем в мою сторону тыкать станешь?

— Тихо! — замогильным шепотом прошипел он, и я невольно прониклась его тревогой, особенно когда его пес сначала зарычал, а затем тихо горестно заскулил. — Это катакомбы, нужно под ноги смотреть и вообще держать ушки на макушке.

Я хотела было ехидно заметить, что дотянуть собственные уши до макушки физически не смогу, ну если только к магу обратиться (Да ну их, магов, к демонам в пекло! И так уже натворили дел, а мне расхлебывай), но голос предательски сел и отозвался жалким то ли скрипом, то ли всхлипом.

Масса под ногой подозрительно задергалась, словно какой-то терпеливый рыбак вздумал проверить снасти, и что-то большое, громоздкое заскрежетало по стене, защелкало чем-то позади меня.

— Мамочки… — тихо выдохнула я. — Оно там, да? Прямо за спиной?

Вампир кивнул и попятился.

Пес скосил глаза на хозяина и тоже благоразумно решил не рисковать из-за чужой тетки. Видимо, оба вознамерились просочиться мимо, пока монстр станет трапезничать мной. И тут меня такая досада разобрала, что хоть рви местную нежить руками от злости. Это что же такое получается? Где, спрашивается, справедливость? Меня и в ловушку заманили, и в тело чужое засунули, и крысами накормить хотят, а в довершение всего нагло сожрут?! Нет уж, дудки! Принципиально поперек горла встану и жуткое несварение желудка устрою. Будут знать, как некроманток кушать. Это им с рук… с лап… ну или что там у них за конечности… так запросто не сойдет!

Приободрив себя подобным образом, я обернулась, дабы встретить опасность лицом к лицу, как и полагается героине… Хотя, кажется, это герою полагается, а героиня вообще постоянно в обморок падает, но не суть.

Оно было сзади. Большой раздутый черный гигантский паук с массивным брюшком, украшенным красными пятнами, немыслимым образом держался увенчанными когтями лапами за стены катакомб и не падал вниз вместе с кусками вывороченной старинной кладки.

Жвалы твари не уступали самому большому серпу, который мне только доводилось видеть в лавке кузнеца, и наверняка могли бы перекусить пополам человека покрупнее меня. Паук уставился на меня всеми шестью парами глаз, и мне показалось, будто на меня глядит сама тьма.