Танец с нежитью

— Любезная Ангелла, — выдавил маг, словно под ноги плюнул, — если тебя так расстраивают эти мелочи (а я, между прочим, сейчас нахожусь на службе и выполняю свои непосредственные обязанности!), выставь счет градоправителю, казна покроет убытки.

Я скептически скривилась. Прямо так все убытки мне и покроют. Зная нашего градоправителя и его нежную трепетную любовь к комфорту собственного семейства, на хорошую наполненность казны я бы не рассчитывала. Но… чем черт не шутит, пока Всевышний спит? Если хорошенько подумать, то в ответ я могу увеличить плату за обслуживание семьи градоправителя.

Без ложной скромности замечу: моя лавка — одна из самых лучших в городе, хотя и расположена не в столь престижном районе, какие обычно посещают богачи, зато те, кто действительно что-то смыслит в травах и ценит качество, предпочитают отовариваться у меня. Ассортимент богатый, а некоторые составы — уникальны, так как создать их может только некромант, а рецепты давно утеряны. Если бы не призрак некромантки из ордена «Черной розы», не видать бы мне этих рецептов, как собственных ушей, но это к слову. Конечно, градоправитель вполне может сменить поставщика целебных составов, но что-то мне подсказывает, что не всякий мужчина желает признаваться в отсутствии темперамента на супружеском ложе каждому целителю в городе.

— Убытки… — тоном аристократки, которой портной вдруг вздумал напомнить о долге за предыдущие наряды, протянула я. — Уважаемый, в этой жизни не все можно измерить золотом или серебром. И дело, в конце концов, не в презренном металле.

Лучше скажи мне, господин хороший, что ты с почтенной женщиной сделал? Что она такого совершила, что надо было вот так…

Я даже указала в сторону начавшей театрально постанывать Манефы, чтобы у присутствующих не возникло и тени сомнения, о какой именно женщине идет речь. Мол, не о себе малодушно радею, а о страждущих, невинно пострадавших от магического произвола.

Маг жеста не оценил. Видимо, вся глубина потрясения в глазах матриарха купеческого клана не произвела на него должного впечатления.

— Почтенные женщины, между прочим, по ночам по улицам не бродят и в чужие дома незваными не вламываются. Вежливые люди стучатся предварительно, — невозмутимо парировал он.

Утверждение, на мой взгляд, спорное. Я, между прочим, сама только недавно с кладбища вернулась. А оттого, что они со стражниками постучали в дверь, мне легче не стало. Но вслух, разумеется, собственные сомнения озвучивать не стала. Зачем? Только себя расстраивать.