Танец вокруг живота

И только после того, как шум мотора окончательно стих, она принялась искать свои босоножки, а потом все же рискнула выбраться из ямы.

На это у нее ушло довольно много времени. Стенки ямы были глинистыми и сухими. Они крошились у нее под руками. И Лесе никак не удавалось хорошенько уцепиться за них. Она уже раза три скатывалась обратно на какие-то острые штуковины, чудом не поранившись, прежде чем ей удалось выбраться на поверхность.

Оказавшись на более или менее твердой почве, Леся огляделась по сторонам. Зрелище ее опять же не порадовало.

Вдалеке виднелось шоссе с несущимися по нему машинами. С другой стороны ровно шумел морской прибой. Леся еще повертела головой в разные стороны и призадумалась.

— Мне надо в отель, — сказала Леся самой себе. — И если я пойду по берегу моря, то рано или поздно дойду до нашего пляжа. Но это ведь не Крым, тут вся прибрежная зона поделена между отелями. И охрана может меня элементарно не пропустить по территории чужого отеля. Но если я дойду до шоссе, то вполне возможно, меня кто-нибудь из автомобилистов подберет и долларов за пять или десять доставит до места.

Подсчитав свою наличность, Леся убедилась, что у нее есть целых тридцать долларов.

— Ничего! — заметно приободрившись, успокоила она себя. — Доберусь. Время-то еще не совсем позднее. Я не ребенок. И Турция не совсем уж дикая страна. Ничего со мной не случится.

И, решительно повернувшись спиной к морю, она поспешила к шоссе, по которому весело проносились сверкающие огнями машины, а изредка даже и автобусы.

Да и то сказать, тащиться вдоль прибрежной полосы по мокрому песку, может быть, целых десять километров, даже без проблем с охраной, ей что-то не очень хотелось.

Выбравшись к шоссе, Леся критически оглядела саму себя и пришла в ужас. Ее одежда местами испачкалась, местами помялась, а местами так и вовсе порвалась. Роскошные ноги тоже были в пыли и ссадинах. О лице и волосах лучше было вообще не вспоминать.

— Пожалуй, следовало пойти по морю, — пробормотала Леся. — Там хоть умыться можно.

Но тем не менее она подняла руку и проголосовала. К ее удивлению, остановилась первая же проезжающая машина. Усатый пожилой турок взглянул на нее, и на его лице отразилось удивление.

— Конакли! — сообщила ему Леся единственное, что знала о месте своего пребывания в Турции.

Турок что-то ответил и укатил прочь. Следующие трое поступили точно так же. При этом никакого недоброжелательства они по отношению к девушке не выказывали, но и подвезти ее упорно не соглашались.