Танец вокруг живота

Леся уже открыла рот, чтобы сказать, что чувствует то же самое, но вдруг возле подруг материализовался один из барменов, с которым они успели немного познакомиться.

— Я слышал, ты спрашивала Раду насчет Натальи? — на скверном английском спросил он у Киры.

— Ну да, — кивнула Кира. — А что? Ты кто такой?

— Я — Мани, и я был с ней, — пояснил парень и на случай, если она не поняла, добавил более доходчиво: — Мы с Наташей вместе делали секс.

— Да ты что? — ахнули девушки. — Вот это да!

И они окинули парня придирчивым взглядом.

Пожалуй, на месте Натальи она бы тоже могла положить на него глаз. Парень был очень даже ничего. Правда, худощавый, как многие молодые турки, но при этом он не был мелким, черты лица у него были правильные, а глаза полыхали темным огнем. В общем, красивый юноша. И явно очень страстный.

— И ты догадываешься, кто мог желать ее смерти? — спросила у него Кира.

— Да, — кивнул парень.

— Мустафа, — произнес парень. — Я знаю, он жил с ней в одном отеле. И хотел, чтобы Наташа делала секс только с ним.

А она ушла из отеля, пришла работать сюда и сказала, что любит меня, а не Мустафу.

— А Мустафа? Не смирился?

— Смирился? — не понял парень, но потом все же ответил: — Нет, он был очень зол на Наташу. И сказал, что отомстит.

— И ты думаешь, что отомстил?

— Я видел, как он угощал ее в тот день коктейлем, — кивнул Мани. — А потом она пошла танцевать, и скоро ей стало плохо. Мустафа очень подлый. Он сказал, что хочет мириться с Наташей и просит выпить за это с ним коктейль.

А потом она умерла.

— Но ты сказал полицейским, что видел, как Мустафа угощал коктейлем Наташу? — воскликнула Кира.

— Нет, — поник головой Мани. — Ибрагим запретил. Он сказал, что Наташу все равно уже не вернешь. А ссориться с Мустафой он не хочет.

— Мустафа мертв, — сказала Кира. — Его задушили прошлой ночью. В своей собственной машине, которая стояла возле отеля.

По глазам Мани было видно, что это известие для него действительно новость.

— Так ему и надо! — сверкнув зубами, произнес он, отходя в сторону.

 — Собаке — собачья смерть.

Едва он отошел, как Леся подошла к подруге.

— И что ты думаешь по этому поводу? — спросила она у Киры.

— Этот Мани сам вполне мог задушить Мустафу, чтобы отомстить за смерть Наташи, — пробормотала Кира. — Или он все врет, ничего у него с Наташей не было, а его просто попросил так говорить хозяин дискотеки. Чтобы все стрелки перевести на уже мертвого Мустафу. С мертвого какой спрос? На него можно повесить любой грех.