Танго под прицелом

И это оказалось поистине ужасным, потому что в игру вступил не кто иной, как Большой Босс… Тот самый человек, что организовал в Англии довольно прибыльный бизнес по ликвидации людей, тот, кто считал Алекса лучшим своим приобретением, лучшим исполнителем. Но в последнее время Призрак все чаще выходил из-под контроля, все чаще отказывался от работы, постоянно скрывался где-то. Да еще и выкупил контракт Джефа, бывшего в конторе «вторым номером». Нарушить данное Алексу слово Большой Босс не мог, но и отпустить его просто так тоже не хотел.

– Ты понимаешь, что он теперь постоянно будет в опасности? – спросил Джеф, закончив рассказывать.

– Понимаешь, что нужно держаться подальше?

– Все, Марго, ты обещала. Завтра его выпустят, я узнавал. Но ты больше не подойдешь к нему.

Я удрученно кивнула. Слово нужно держать.

Мы встретились с Алексом на улице через три дня после того, как его выпустили. Я гуляла с Машей в сквере, когда в кармане зазвонил телефон. Я взглянула на дисплей – это был Алекс.

Поколебавшись, я ответила:

– Это я, Марго. Повернись направо, я сижу на лавке у скульптуры.

Я повернулась и увидела его. Он помахал мне рукой, но я не тронулась с места.

– Ты правильно делаешь, Марго, что не подходишь ко мне. Еще ничего не закончилось, и ты должна быть осторожнее, моя девочка.

– Я не твоя девочка.

– Ты всегда моя девочка, и сама это знаешь. Я сегодня уеду, поэтому просто не мог тебя не повидать. Маша выросла. Ты по-прежнему зовешь ее Мэри?

– Так и не можешь забыть?

– Ты права, наверное. Она тебя любила, Марго, и не хотела, чтобы тебе было больно.

– Поэтому оттолкнула тебя.

– У нас не было будущего, Марго. Но хватит об этом. Я уезжаю. Наверное, мы никогда не увидимся с тобой. Но ты просто помни, что я есть, и если нужно – я буду рядом.

Я не успела ничего сказать – он выключил телефон, встал со скамьи и пошел к выходу из сквера.

Я смотрела ему вслед и про себя думала: «Алекс-Алекс, зачем ты постоянно говоришь слова, не понимая их значение? «Никогда» у тебя – слишком короткий период времени, и ты вернешься скорее рано, чем поздно, я хорошо это знаю. Как знаю и то, что мы с тобой обречены друг на друга. У тебя будут сотни женщин, у меня – муж, но мы все равно вместе, все равно рядом.