Танго под прицелом

– Ищи давай!

Мы с Артуром тоже взялись за поиски, а попутно Арик успел объяснить мне, что я идиотка, а Клёпа – уважаемый человек и никогда не пошел бы на такую сделку.

– То есть он с Шотой не пошел бы на сделку, а с вами, значит, пошел? – не отлипала я, осторожно выковыривая линзу из ворсинок. – Я сейчас промою, погоди.

– Куда ты лезешь, а? – рявкнул Костя, поднимаясь с колен. – Сказано – Клёпа не в теме, а тот, кто карты подменил, мне давно бабки должен. Я ему простил и еще сверху загрузил немного.

Это объяснение меня совершенно не успокоило, но я молча ушла в ванную и промыла линзу под проточной водой.

– Ну что? Все готовы? Арик, иди первым.

Артур послушно вышел из номера, а Костя, задержав меня на пороге спальни, притянул к себе и обнял:

– Будь умницей, Мария. Я не хочу потерять тебя из-за твоей же глупости.

– А из-за своей жадности ты не боишься меня потерять?

– Все, закрой рот, и идем.

Как я и думала, для Кости и Шоты отвели отдельный салон, куда никого из «простых» игроков, разумеется, не допускали. Только проверенные люди, ну и Клёпа с подручными. Ставки высокие, а такие деньги чужих глаз не любят.

При одном взгляде на Шоту меня заколотило – он был огромен, уродлив и при этом одет в безукоризненный смокинг и блестящие лаковые туфли. Вокруг него стояла свита – человек пять, в том числе и Марк Наумович, при виде меня сделавший отрешенное лицо.

– Сядешь за моей спиной и со стула не двигайся, поняла? – процедил Костя в мою сторону. – Пить захочешь или еще чего – Арику скажи.

Я еле заметно кивнула, стараясь справиться с нервами. Сейчас бы коньячок не помешал, но Костя категорически запретил алкоголь.

После обмена приветствиями Клёпа сказал:

– Регламент такой. Сейчас с якоря снимемся – и за стол. А пока предлагаю выпить за собравшихся здесь удачливых людей, некоторые из которых удачливы особо, – при этом он искоса глянул в нашу с Костей сторону.

Муж мой и виду не подал, что понял намек на то, как не так давно в Питере он поднял весьма крупную сумму, «раскатав» какого-то московского чиновника, но я видела, что все это знали и явно не испытывали к Косте добрых чувств.

Пока официант разносил шампанское, я пыталась понять причину своего волнения, но глаз ни за что не цеплялся.