Но не забирай у нее, пожалуйста…
— Два килограмма сладкой химии тоже оставить?
— Это забери.
— Нееет. Это ты сам дома заберешь. Обоснуешь ей. И решишь что с этим делать.
Ну пи**ц!
Глава 26 — Чудовище
Ася спит, свернувшись на диване, в обнимку с двумя удочками.
Женя накрывает ее пледом. Медленно вытягивает из рук.
Операция с изъятием сладостей прошла терпимо.
— Пойдем чай пить…
— Как твоя лекция?
— Хорошо!
— Что читала?
— «Феномен возникновения субкультур».
— Опять про БДСМ? — шучу я.
— Про БДСМ тоже…
Шутит?
Заглядываю в глаза.
Сама невозмутимость!
Медленно наливает кипяток в пузатый стеклянный чайничек. Запах…
Что-то новенькое.
— Что там?
— Чабрец и липа.
— Пахнет вкусно.
— Кстати… Студенты приглашают за город. Отдохнуть.
— В каком смысле?
— В прямом. На сутки, в дачный поселок.
— Не понял. Студенты. Приглашают. ТЕБЯ. На дачу??
— Ой, да не эти, — отмахивается она. — Мои бывшие. Уже взрослые.
— Твои БЫВШИЕ. Взрослые. Которым ты вела семинары. Про Тему и про бисексуальность.
И с которыми у вас группа в сети для обсуждения всяческих личных тем.
Смеется.
Очень смешно!
— Перестань! Мы дружим. Они не переходят никаких границ. И мы съездим с Асей. Через недельку.
Отворачивается, наливая чай в кружку.
— Хорошо, — киваю. — Без проблем. МЫ съездим с Асей.
Вскрикивает, встряхивая обожженные пальцы.
— Аронов…
Перехватываю ее руку. Открываю кран с холодной водой. Держу наши руки под струей.
— У меня пять причин — почему нет.
— У меня одна, почему — да.
— Внимаю!
— Потому что я не отпущу тебя за город, с незнакомыми мне людьми, в непонятные мне условия, в минусовую температуру.
Тем более с Асей и без собственного транспорта. Это элементарная забота.
Вытираю руки полотенцем.
В дверце холодильника был пантенол…
Достаю. Сбрызгиваю ее руку.
Поднимает чайник левой рукой, за ручку, придерживая слегка правой за стеклянный маленький носик.
В кармане ее шортиков звонит телефон.
— Помоги… — подставляет мне карман. — Кто там?
Достаю.
— «Мама Лена»?
На фото немолодая женщина.
Застывает. Глаза распахиваются. Неподвижно смотрит на телефон в моих руках. Звонок идет.
Вижу как ее сносит! На лице много всего… Что-то между гневом и страхом, обреченностью и чувством вины. Закрывает глаза, сжимая зубы. Зажмуривается…
— ААА! — беззвучно и яростно."
"Треск! Осколки вместе с потоком чая летят на пол и в разные стороны, словно на замедленной съемке. И ей на ноги…
Как он мог лопнуть?!
Бросаю телефон на стол.
