Часть этой мягкости создала Ася, она же погасила часть её беспредельности. За это я благодарен тоже. Женя стала другой. Женечка на руках с Асей — легче, чем Женечка, как есть! Этот баланс держать легче.
Мое одиночество и безнадега сделали меня жесче, решительнее, безжалостнее. И беспредельней! Я тоже стал другим.
Мы практически сравнялись по силам.
Теперь у нас есть шанс.
И она должна занять своё место. Признать моё право и мою власть руководить своей жизнью.
Решать самой, как раньше, я ей больше не позволю. Хватит… Нарешала…
Балкон… Открываю встроенный шкаф.
Пустой. Отлично.
Под перилами, прямо внутри лоджии огромный улей.
В смысле?..
Это нужно убрать отсюда.
Присаживаюсь. Под ульем детский стульчик и блюдечко. С остатками меда, судя по всему. Пару раз слегка стучу пальцами. Он оживает изнутри и быстро успокаивается.
Зависаю…
Отличный выбор домашнего животного! В стиле Женечки!
— Детка…
Собирает вещи. Злая. Растрепанная.
— У тебя на балконе осинник.
— Да.
— Это нужно убрать.
— Только посмей тронуть.
— Ты адекватна? А если они покусают?
— Они кусают только чужих.
— Же-ня!
— Олег! Летом, они прилетели ко мне в загородном доме, когда их улей сожгли соседи. Я их кормила… Они не трогали нас. Жили под крышей. Выстроили новый улей. В начале сентября мы приехали обратно сюда. Через пару дней они прилетели следом. И они бы погибли. Не успели бы построить улей и здесь им нечего есть. Было уже холодно. Я не стала их прогонять с лоджии. Подкармливала… Они построили улей из газет.
Не трогай их. Они мои! Они знают мой запах и не опасны.
— Это не могут быть одни и те же осы. Какое расстояние они преодолели?
— Пятнадцать километров. Это они… Я их знаю.
Мне даже нечего сказать! Дурдом…
После аквариума у нас осинник? Почему никто не предупредил? Какие еще сюрпризы?
— Не смей их трогать!
Черт с ними.
Надо было брать две. Наливаю нам еще.
Протягиваю.
— За что? — поднимает бровь.
— За мою шизанутую русскую.
Поддерживает.
— «Милый, не забудь покормить ос!» Так это было?
Мы истерично смеемся.
Забираю первую сумку.
Через час моя комната пуста. Открываю форточку, чтобы проветрить. Заношу сумки.
Не собираюсь здесь спать. Потому, что она точно не станет. А мы будем спать только вместе. Но мне нужен этот шкаф и стол. И, иногда, одиночество.
Женя делает глоток из горла.
— Фу… гадость какая…
Делает еще один.
— Закусывай детка.
Уходит.
Женя валяется на полу. Прямо на ковре. Пьяная… Воображаемо рисуя на потолке что-то пальцем.
