— Олег, по какому принципу оцениваются фигуры?
— Как в шахматах… Пешка — единица, конь — тройка, офицер — три с половиной, ладья… пять.
— Пять… — глубокий вдох.
— Да.
— Но ладья — это не король.
— Нет. И даже не ферзь.
— Я не могу представить что такое «ферзь», если он не «король», а «пешка» — это то, что было пешкой.
Женя смеется. Любуюсь ее идеальными белоснежными зубками. В ее смехе мурлыкающее предвкушение. Расслабилась кошечка? Тебя я тоже покачаю над твоими пределами…
— Будем работать над твоей фантазией, Андрей.
С пешками все просто…
Достаю пешку. Опять Женина.
— Ты уже смотрел, но не касался. Теперь ты будешь касаться, но…
— Здесь?!
— Здесь.
— Желтый! — смотрит на Женю. — А как же местная фауна?
Один ее представитель останавливается рядом с нами. Хорошо подвыпивший парень. Его рука ложится ладонью на стол рядом с Женей. На ней обручальное.
— Можно Вашу девушку пригласить?
— «Девушка», — ухмыляюсь. — Ты хочешь потанцевать?
Андрей взрывается. Это чувствуется. Нет, ни одной внешней реакции.
Ровный… Но его ноздри вздрагивают и глаза не моргают. Он требовательно смотрит на меня.
Не дергайся, Зайчик. Её зубы поострее твоих.
Женя с улыбкой переводит взгляд с обручального кольца на глаза парня.
Вынимает цветочек из сервировочного букета на столе.
— Хочу. С Вашей женой. Передайте ей приглашение, — протягивает ему цветок.
Растеряно хлопает на неё глазами, забирая цветок. Отходит.
Наш ревнивец выдыхает.
— Пешка или слон, Андрей?
— Публично?
— Да.
— Самая маленькая пешка!
— Трусишка… — хихикает Женя.
Протягиваю.
— Потанцуй с Женечкой…
Довольно улыбается.
— А если бы был слон? Самый большой слон?
— Об этом ты теперь не узнаешь… — развожу руками. — Но тебе бы понравилось.
— А если я захочу слона после пешки?..
— Что, прости, ты сделаешь? — хмурюсь.
— О черт… проехали. Пешка — это прекрасно. Спасибо!
В нашем «домике» уже жарко. А может, нам уже слишком жарко от вина и друг друга.
— Сними платье, Женечка. Жарко.
Медленно стягивает через голову.
В процессе несколько плавных движений в попытке освободиться от его обтягивающих объятий. Сглаженные линии ребер… идеальный пупок… Съехавшая линия трусиков, оживляет картинку, придавливая бедра чуть ниже, чем должна. Ведет по себе пальцами, поправляю трусики и снова заплетая разметавшуюся косу.
Красивое белье… Идеально черное. Лакончиное. Без всяких рюшек и прочей ерунды. Ничего не отвлекает от ее форм.
Притягиваю ближе, целуя полусферу груди.
