— Еще раз, ты его раньше видела?
— Да! Я же говорю! Он приходил как-то с Асиной мамой, они вместе… Ася к нему побежала и…
Жени долго нет.
В моих мозгах начинает быстро складываться картинка. Ответа еще нет, но я уже знаю — сейчас будет.
Вылетаю на улицу, родительские тачки уже разъехались.
Чуть дальше моя, ближе к воротам чей-то маленький «Матис» и огромная заснеженная «Инфинити».
Вот он и ответ!
Ты сам себя закопал Калиновский.
Они стоят напротив друг друга. Женя держит за руку Асю."
"Моё сердце стучит в горле.
С Асей все хорошо. И мне не надо сообщать Жене, что ее ребенок пропал. Мне глубоко и легко дышится. И только сейчас я понимаю, как меня перетрясло за последние десять минут. И я хочу чтобы виновник за это ответил.
Нет, я стараюсь никогда не марать рук.
И сейчас это еще не ответочка. Это просто…
Я подхожу, прикасаясь к Жениной руке. Она сжимает мою. Я понимаю, что меня трясет и она чувствует это. Сжимает мою ладонь крепче, ее губы плотно сомкнуты.
— Да я не знал, как выцепить тебя еще! — срывается на псих он.
— Ты же везде игнорируешь меня, Женя!
Ася обнимает меня за ногу. И на меня еще раз накатывает ужасом от понимания ее уязвимости. Дети — это… Это еще хуже, чем Женя! Всегда открытое слабое место. Уязвимое. Беззащитное. Наивная и доверчивая Ася.
Поднимаю ее на руки. Заглядываю в глаза. Стробоскоп замедляется, картинки начинают гаснуть. Передаю Асю Жене. Вкладываю ключи от машины в руку.
— В машину.
Женя отворачивается и уходит.
Мы молча смотрим друг другу в глаза.
Всё.
Это война.
Перчатка брошена и я поднимаю.
Моя рука сжимается в кулак. Как же зае*ало меня лупить по груше столько лет!
И я с разворота, сношу ему кулаком скулу. Он отлетает спиной на свою тачку.
— НЕ ТРОГАТЬ мою семью. Уничтожу.
Мои костяшки выбиты и содраны. Встряхиваю рукой. Несколько раз сжимая и разжимая кисть.
Отталкивается плечом от машины, возвращаясь в горизонтальное положение.
— Твою семью? Ты не муж Жене… Не отец Асе… Ты кто?.. — поднимает он брови, показательно изумляясь.
— Они обе принадлежат мне.
И я отменяю твой допуск в их пространство.
Слышу как сзади подъезжает тачка. Это мои менты.
Я могу оформить его сейчас. Но интуиция мне подсказывает, что эти козыри, что он дал мне в руки, нужно разыграть по-другому. Они еще не настоялись, чтобы стать убойными.
— Посмотрим… — его ноздри агрессивно вздрагивают.
— И вот это, — прикладывает тыльную сторону руки к разбитой скуле. — Я тебе скоро верну.
Отворачиваюсь. Подхожу к ментовской тачке.
