— Что?
— Наш «друг» из ОБЭП в компании сослуживцев. За твоей спиной.
Плечи Коваленко застывают. Он тоже делает пару глотков из бокала, его кадык медленно двигается.
Ой, не нравится мне эта ситуация.
Калиновский встает…
— Андрей. Спокойно. Не реагируй ни на что.
С каждым его шагом к нам пространство словно стекленеет. Я чувствую, как растет мой адреналин. Но он даже рядом не стоял с тем, как растет адреналин Коваленко. А глаза Калиновского весело горят! Сейчас будет провокация…
— Приятного аппетита, господин Аронов… Господин Коваленко… — останавливается чуть слева, за спиной Андрея.
— Или, подожди… у вас же только один «Господин»? Не соображу сразу, как правильно обратиться.
В меня попасть он не может и продуманно хе*ачит в моего Зайца. Прицельненько… Коваленко начинает закипать. Его глаза не моргают.
— А ты бы шел Калиновский мимо, не обращаясь. Не портил бы приличным людям аппетит.
Делаю еще глоток сока.
— Я собственно, по делу. С советом.
Ой, знаю я твои советы!
— Ну давай, посоветуй, если уж принёсло.
— Ехал бы ты Аронов из страны.
— Что так?
— Тебе здесь не понравится. Скоро.
— Отчего же?
— Законы здесь недружелюбные.
— Например?
— О финансовых махинациях и мошенничестве.
Протягивает извещение из ОБЭП.
— Лично в руки хотел отдать.
А вот и еще одна перчатка. Как не крути, но не умеешь ты совсем уж исподтишка бить. Женька не любит беспринципных…
— Ммм… Знаем, читали. Работаем над этим. Так что, спасибо за совет, но вынужден остаться.
— Зря…
— Ничего не поделаешь, ты же в курсе, что Женечка невыездная.
Как я жену одну оставлю? Столько «гадов» вокруг развелось.
— Жену? Жён под партнеров не подкладывают, Аронов. Я тебя предупреждал.
Наклоняется чуть ниже к Коваленко.
Я пытаюсь перехватить его взгляд.
— И как тебе… негосподин Коваленко?… Вкусно с чужого стола облизывать?…
Сидеть, Андрей, сидеть! — мои зубы сжимаются.
Это же провокация чистой воды!
Одна…
Вторая…
Две камеры…
Только не сорвись, Коваленко.
Он же втянуть тебя хочет в разборки эти.
Чтобы и тебе прилетело от «недружелюбного закона».
Но теперь не разово, а нападение… он в форме… еще и при исполнении, можно сказать…
Быстро ты Калиновский соображаешь! И повестку ты отдал сейчас, уже догнав, что можешь подставить его под статью своей провокацией.
— Андрей… — качаю ему головой.
— Что… хороша Женька в постели?… Особенно сверху, да?… Мне тоже вставляло!
И опять в точку! Ревнив десантник наш…
— Сидеть, Коваленко.
Калиновский смотрит в мои глаза, улыбается.
