— Спрашивай. О чём хочешь. Я разрешаю…
— Дохрена чего хотела спросить. Сейчас — ни одного вопроса в голове.
— Значит, и не надо.
Забираю сигарету, затягиваюсь. Выдыхаю дым в потолок. Убираю её в пепельницу и снова ловлю пухлые губки своими. Мы улетаем… Сжимаю её грудь. О, да… по этому тоже я скучала!"
"— Эй! Я не понял… — заходит Немец, отрывая нас от нежностей. — Мы, вроде как, по-другому договаривались!
— Боишься, уведу твою девочку? — отрываюсь от неё, продолжая ласкать взглядом. — Правильно… бойся… Раздевайся!
Стягиваю с неё футболку.
Она вся возбуждённая, растерянная и румяная! Последний поцелуй, и я ретируюсь в кресло. Каблуки втыкаю в торец кровати. Веду руками по её предплечьям и тяну на себя за руки так, чтобы она оказалась лицом между моими туфельками. Кладу её пальчики на свои каблуки. Послушно вцепляется, изгибаясь со стоном от возбуждения
— Чего ждём? — поднимаю взгляд на Немца. — Инструкций? Сейчас будут…
Расстёгивает ширинку, брюки падают к ногам. У него эрекция.
Мой взгляд блуждает по голому торсу, иногда врезаясь в его горячий. Стал мощнее…
Срывается на кровать, устраивается на коленях между красивых длинных ног. У неё оливковая кожа. Это красиво!
Глажу пальчиками пухлые губки, периодически вдавливая их чуть глубже. Немец целует её грудь, спускаясь ниже.
— Посмотри на меня… — мурлыкаю ей. — Ты хочешь, чтобы тебя трахнул этим членом он… или я?..
— Ты… — выдыхает она.
И резко вскрикивает, уворачиваясь от его неласковых зубов, впившихся в её бердо.
— Сучки…
Мы встречаемся с ним глазами. Прищуренные. Похоть граничит с яростью. На губах вызывающая усмешка. Да… это мой вкусный Зайчик!
— Войди в неё резко и сразу тормозни.
Его ведёт от возбуждения, и он делает это. Резко, под её вскрик. Не отводя от меня взгляда. Одновременно и мои пальцы врываются в её стонущий ротик гораздо глубже.
— Да… — постанываю я. — Так… Не двигайся.
Встаю. Мы с ним смотрим друг на друга. Девочка выгибается, постанывая, выпрашивая продолжение.
Его бедра напряжены. Как красиво…
Обхожу кровать, приближаясь к нему. Прикуриваю сигарету. И даю ему сделать пару затяжек из своих пальцев.
Он тихо рычит от возбуждения, сжимая зубы.
— Ненавижу тебя… — одними губами.
— Я знаю…
Даю ему затянуться ещё разок.
— Да… хороший мальчик… — ухмыляюсь я. — Теперь жёстче… резче… — наклоняюсь к нему и шёпотом, едва касаясь губами уха: — Мне вставляет именно так!
И он с рычанием вколачивается в неё несколько раз.
