Киваю.
Ровно до того момента, как ты уснешь…
Брать её во сне — это отдельный кайф!
— Я всё вижу по твоим синим глазам, — прищуривается она, нависая надо мной. — Поэтому посплю с Асей. Мне дорого твое тело, и мы починим его сначала.
Куда это ты нацелилась, Женечка? Я, конечно, могу дать тебе поиграть немножко в доктора, но не настолько пострадал, чтобы уступить «трон».
— Поспи… мне нужно поработать. Уходит за компьютер.
Закрываю глаза. Расслабляюсь… Меня, практически сразу, вырубает.
Её пальчики очень аккуратно и медленно расстегивают мой ремень.
Я проснулся еще до первого касания, как только качнулся диван.
Пряжка… ремень скользит из петель. Очень-очень медленно.
— Не терпится, детка?.. — ухмыляюсь, не открывая глаз.
— Спи…
Переворачиваю под себя под возмущенный возглас, как только вытягивает ремень полностью.
Перехватываю перешеек шортиков, сжимая в кулак и проходясь по влажной нежной плоти костяшками пальцев. Ты тоже хочешь… С самого нашего не закончившегося утра! Встаю, стягивая шорты и оставляя её обнаженной ниже пояса.
Моя девочка возмущена!
Облизываю губы. Горько.
Наблюдает за каждым моим движением.
Закрываю дверь, возвращаюсь.
— Разведи бедра.
Ухмылочка…
— Не зли меня. Нет, мне нравится… Но не смогу быть нежным с тобой, а ты у нас опять «девочка».
Её колени медленно приходят в движение.
Рассматриваю.
— Самая… красивая… девочка.
Встаю коленом на диван. Мой палец обрисовывает её изгибы в самых чувствительных местах.
— Тебе … нельзя… — провокационно мурлычет она.
Тяжело сдержать смех. Но разбитые губы не очень располагают к проявлению эмоций.
Мучительно приятно слушать её дразнящие мурлыкания.
Мои большие пальцы рисуют медленные круги по упругим, гладким губкам.
Медленно вхожу ими внутрь. Её глаза закрываются. Прогибается мне навстречу. Немного растягиваю под тихие вскрики.
Соскальзывает с моих пальцев.
— Я сверху… — сдается. — Сможешь быть неподвижным?
Отрицательно качаю головой.
Но послушно падаю на спину.
Продолжим горячее утро?
— Презерватив?… — протягивает руку.
— В куртке, — приподнимаюсь на локтях.
— Расслабься, я принесу…
Девочки топлесс и вполовину не выглядят так эротично, как девочки обнаженные ниже пояса, но с прикрытым верхом. Есть в этом что-то невинно-порочное… Рассматриваю её покачивающиеся круглые бедра.
Выходит.
Мое сердце срывается еще до того, как до меня доходит. А дальше, как с холодильником.
— Женя! Стоп!
Подрываюсь, выходя за ней.
Но уже поздно.
