Таня Гроттер и Болтливый сфинкс

– Кстати, ты слышала, что Пупсикова с Попугаевой открыли контору? Сегодня Пупсикова «колдунья вуду», а Попугаева «светлый целитель», а завтра, когда надоест, Попугаева «всемогущая потомственная ведьма», а Пупсикова «белая магесса»…

Таня быстро взглянула на Сарданапала. Откуда он знает?

– Я редко выпускаю из поля зрения своих учеников. Мне важно, что проросло из тех семян, которые я в них посадил. И, увы, все чаще убеждаюсь, что там, где я посадил внешне здоровые семена, вырастает бурьян… Так что, кто знает? Быть может, именно та дорога, которой пошел Ванька, и является единственно верной для всех учеников Тибидохса.

Но какой для этого нужен характер! Какая зашкаливающая самоотверженность! – прочитывая ее мысли, сказал академик.

– Я слышала, вы вчера были у Глеба. Как он? – неожиданно для себя спросила Таня.

– А ты разве его не навещала? – удивился академик. – Одна милая дама в… э-э… нагруднике персидских пехотных соединений рассказывала, что из города несколько раз приезжала девушка с контрабасом.

Таня едва сдержала улыбку. Только академик Сарданапал был способен увидеть персидский нагрудник в жилете дежурной по переезду.

– Я была у него еще до схватки Ваньки со сфинксом. Теперь я в основном в магпункте, – сказала Таня. – А Глебу я пыталась вчера дозвониться, но Свеколт не передала ему зудильник. Сказала, что он не хочет меня видеть.

Академик покачал головой.

– Ох уж эти некромаги! Только они способны, внешне не искажая, сообщить правду так, что она становится ложью!

– Вы это о чем? Не понимаю…

Таня вопросительно взглянула на академика, пытаясь понять, насколько буквально следует понимать это описание.

В варианте с некромагами можно было допустить все, что угодно.

– Ты ведь знала, что Глеб соединил свою судьбу с судьбой Ваньки? – спросил академик.

– И зачем он это сделал, тоже знала?

Таня что-то пробурчала, не желая распространяться. И, как оказалось, правильно сделала, потому что у Сарданапала оказалась своя версия.

– Как всякий истинный некромаг, Глеб не сомневался, что раздавит Ваньку словно скорлупку.

Сломает своей личностью его личность. Ну как грузовик уверен, что будет тянуть за собой игрушечную машинку, привязанную к нему на нитке. Но… – академик назидательно поднял палец, – внезапно происходит странная вещь. Игрушечная машинка вначале начинает уверенно сопротивляться, а затем и волочет грузовик за собой. Грузовик в смятении. Он гудит, сжигает резину, буксует, но вынужденно тащится за игрушечной машинкой.