Таня Гроттер и проклятие некромага

Таня в очередной раз пыталась научиться не только летать на контрабасе, но и играть на нем. Сарданапал как-то мельком упомянул, что в звучании струн контрабаса скрыта уникальная магия. Капризная, тонкая, своенравная, она гораздо сильнее магии обычных заклинаний. Вот только подобрать к ней ключик совсем непросто.

– Никто никогда не владел этой магией. Только твой отец и дед. Но и они едва ли продвинулись дальше первой страницы, – сказал академик.

После Попугаевой и Пупсиковой Таня позвонила Семь-Пень-Дыру.

– Вы говорите с автоответчиком! Я обязательно передам ваше сообщение хозяину! Оставьте, пожалуйста, ваше сообщение после третьего удара головой об стол! – сказал он.

Пока Таня размышляла, от кого конкретно требуют биться головой об стол, двойник трижды боднул столешницу и повернулся к зудильнику внимательным ухом. Удивляясь странному чувству юмора Семь-Пень-Дыра, Таня передала приглашение Шурасика.

Остальные звонки оказались еще проще. Последним Таня переговорила с Кузей Тузиковым, который вызвался примчаться едва ли не прежде, чем Таня объяснила, на чей юбилей его приглашают.

– А, да, Шурасик! А я думал почему-то: Сарданапал. А как приходить: с подарком или без? – проблеял он в страшном возбуждении, как всегда, все путая.

– Лучше с подарком. А там как сам решишь, – сказала Таня.

– А-а, ну да… ну да… А что Сарданапал любит?

– Сарданапал много что любит, но юбилей у Шурасика, – терпеливо повторила Таня.

– А, ну да… ну да… А еда-то у Сарданапала будет?

– Будет, – сказала Таня, зная, что Кузя любит хорошо поесть. Это было видно и по его животу, который обретал все больше сходства с набитым рюкзаком.

Тузиков сразу воодушевился.

– А, ну да, как иначе?.. А когда прилетать? Завтра? А сегодня к Сарданапалу можно?

– Можно и сегодня. Но только лучше к Шурасику, – повторила Таня без всякой надежды, что Тузиков запомнит.

Отключившись, Таня с облегчением метнула зудильник в большую ивовую корзину, где у нее лежали свитера, разрозненные ноты, конспекты по высшей магии и много чего другого. Корзина стояла на том месте, где когда-то располагалась кровать Пипы. К счастью, у взрослых учеников Тибидохса есть не только обязанности, но и привилегии.