Таня Гроттер и ботинки кентавра

– Вот это уровень! Сразу видно, паренек из Тыра! – с восхищением сказал Ягуни.

– Святая простота! После того как мы башней повалили тут лес, он хочет остаться незамеченным! Да тут мертвые встанут! – скрестив на груди руки, недоверчиво хмыкнул рядовой Гуннио.

– А вот про мертвых не надо! Прикуси язык! – сказал кентавр.

Трава зашевелилась, и вот Ург уже вновь стоит рядом.

– Внутри темно. Дверь закрыта. В ставни тоже ничего не видно. Вообще избушка выглядит заброшенной, – сообщил он.

– Думаешь, там никого нет? – спросила Таня.

– Скорее всего да. На пороге трава, дверную ручку затянуло вьюном… Но когда имеешь дело со Стихиарием, это ведь ничего не значит?

– Абсолютно ничего, – кивнул Мардоний и, уже не скрываясь, шагнул на поляну."

"Быстро смеркалось. Всколыхнув застоявшийся воздух, на них дохнул ветер.

– Вы ничего не ощущаете? Вроде пованивает чем-то! – подозрительно принюхиваясь, спросил Ягуни.

– А ты как хотел? Мы же на Диких Землях! – ответил Ург.

Запах разложения усилился.

С разных сторон поляны на них надвигались мертвяки. Вывернутые, точно вареные, белки глаз, лишенные зрачков, а часто и век, смотрели на них. Не договариваясь, путники сомкнулись спина к спине, приготовившись защищаться. Ург перебросил И-Вану свой меч, себе оставив лук. Шурасино вцепился в свой амулет. Таня заслонилась контрабасом. Рядовой Гуннио стиснул кулаки. Мардоний выпустил несколько стрел и ни разу не промазал.

Мертвяки надвигались, медленно, но неуклонно.

Их становилось все больше. Казалось, лес у поляны кишит ими. Здесь были и довольно свежие, недавние, и такие, плоть на которых висела, точно порванная одежда на огородном пугале. От многих осталась лишь источенная червями слизь, но и она упорно ползла к ним. Тане почудилось даже, что среди них мелькнул тот самый карлик-убийца с шишковатой головой и подтеком засохшей крови на подбородке.

Вонь стала совсем тошнотворной. Гробулия Склеппи, позеленев, старалась дышать через платок, но даже это не спасало.

Мертвяки приближались. Видно было, как у некоторых поблескивают зубы в провалах порвавшихся щек. Слышно было, как шуршит земля в лесу у поляны. Она расступалась, чавкала, струйки почвы стекали в безымянные могилы. Задевая друг друга отваливающимися руками, мертвяки карабкались уже на пикирующую крепость, недавно оставленную странниками.

– Сматываемся! Телепортируем! – прохрипела Гробулия, пытаясь вспомнить заклинание.