Она села в кресло и, уставившись на тарелку, убежденно забубнила:
– Курица, твоя биологическая энергия перетекает в меня! Ты отдаешь ее мне без остатка! Я становлюсь сильнее, активнее, моя кожа молодеет! Отдай же мне все без остатка, курица, без обиды и зависти, и в следующем своем рождении в награду за свое великодушие ты родишься китом!
Дурнев раздраженно уставился на жену. Тете Нинель стало неуютно в кресле."
"– В чем дело, Герман? Отвернись! Ты портишь мне биополе! Эдичка Хаврон называет это эстетическим насыщением.
Хотя нет… Эстетическое насыщение – это когда просто смотришь глазами на красиво приготовленную еду. То, что я делаю сейчас, – биологический энергозабор. Мы с Айседоркой и с Эдичкой ели так молочного поросенка. Поросенка съел Эдичка, а всю его энергию забрали мы с Айседорой.
– Слопал поросенка? Один?
Тетя Нинель потвердила этот факт кивком.
– Эдичка был так любезен, что вместе с поросенком потребил твою, Германчик, черную зависть, которая отравляла мне жизнь. Он мне так и сказал.
– КАК? – растерялся Дурнев.
– Да-да, Германчик, не спорь! Все эти годы ты завидовал, что я такая большая, такая цветущая, а ты тощенький и зеленый, как дохлый крокодил. Ты скрыто комплексовал, ты расстреливал меня энергией своей черной зависти, и я стала набирать вес!
– Жрать надо меньше!
– Еда тут ни при чем. Я толстела, потому что мой организм только весом мог защититься от твоей вампирской ненасытности! Это ты сделал из меня динозавра!..
Тетя Нинель всхлипнула и, жалея себя, смахнула с глаза невидимую миру слезу.
В кулаке у нее была зажата куриная ножка. Дурнев растерянно остановился рядом, переминаясь с ноги на ногу. От женских слез он всегда приходил в то же состояние, что и большая собака, а именно совершенно терялся. Ему хотелось выть и бегать вокруг.
Тетя Нинель некоторое время зорко наблюдала за ним, прикрываясь куриной ножкой, а потом сказала уже обычным деловым голосом:
– Герман! Принеси кетчуп! Только умоляю, не тот, что с красной крышкой! Какой дурак вообще его купил? (Кетчуп купил, разумеется, дядя Герман.
) И вообще больше не вздумай следить за нами с Айседоркой, когда мы едем в «Дамские пальчики»!
– Откуда ты знаешь? – изумился Дурнев. Он был так удивлен, что даже не стал отрицать.
– Только у тебя, мой сладкий, могло хватить ума следить за кем-то на машине с мигалкой!.. Ты куда, Герман?! Ты что задумал?
Дурнев отправился к шкафу, порылся и выудил шпагу графа Дракулы.
