Будь я посмелее, я бы обязательно в нее влюбился, однако я не хочу бояться своей жены. Дрожать ночами, случайно заметив в ее руке ритуальный каменный ножик, – это большая пошлость.
Набрав высоту, Ягун бросил орлиный взгляд вниз:
– Опаньки! Мой безошибочный нюх подсказывает, что Глеб Бейбарсов заинтересовался! Глазки заблестели! Она не для тебя, Глеб! Куда тебе Маланью Нефертити! Такую тросточкой не испугаешь.
Таня быстро оглянулась на Ягуна. Бейбарсова, сидевшего на скамейке запасных, он видеть явно не мог и уж тем более различить какой-то особенный блеск глаз, но ведь Ягун мог и подзеркаливать.
Даже, скорее всего, он именно это и сделал.
Неужели Бейбарсов в самом деле заинтересовался Маланьей Нефертити? Этот вопрос взволновал не одну Таню. Верка Попугаева подпрыгнула на скамейке и, не в силах сдержать накопившихся в ней эмоций, стиснула Дусю Пупсикову. Дуся пискнула, как резиновая игрушка.
Рита Шито-Крыто проницательно воззрилась на Бейбарсова. И не она одна. На драконбольном стадионе оказалось немало любознательных телепатов, обожающих совать свои мысли в чужие дела, и Бейбарсов ощутил такое чудовищное давление на психику, что стиснул виски руками и сполз под скамейку.
Ни один защитный блок уже не выдерживал. Не помогала и некромагия. Когда в дверь ломится стадо в тысячу слонов, патентованная задвижка от жуликов обычно не помогает.
Гробыня толкнула Гломова острым локтем. Гуня, поедавший гамбургер, уронил себе на колени ветчину и огорченно уставился на нее. На его неподвижном лице медленно проявилась печаль.
– Бейстаканчиков-то притих! Уел его Ягун! Специально вякнул, чтобы его телепаты слегка попрессовали! Что ты об этом думаешь? – в восторге шепнула Гломову Гробыня.
– Э-э… ну да… Ты права, дорогая! – сказал Гуня.
Это была единственная мысль, созревшая у него в текущую минуту.
– Вот такие вот дела с этой любовью! Люди как бильярдные шары. Входят в соприкосновение друг с другом, катятся кто куда, получают невидимые миру сколы и утрачивают оптимизм, – продолжал рассуждать Ягун.
– Но ближе к драконболу, а то что-то Мексика в воздухе витает. А как вы хотели, весна-лето – самый сезон для психов и влюбленных.
Номер десять – Клопперд Блох. В профиль похож на палочку Коха, анфас отсутствует как таковой. Играет в нападении. Обладает чудовищной прыгучестью. Магический инструмент – костыль с пружинкой. Вам смешно? А невидимкам нет. Посмотрите, как помрачнел Пуппер. Когда игрок прыгает по полю как блоха, даже Кэрилин Курло не в силах что-либо вякнуть.
