Онлайн-библиотека книг
Халявий, ничего не знавший о боевых гранатах и покушениях на бизнес-элиту, проявил куда больше мужества. Он хладнокровно распахнул крышку и сунул в сундук голову. Дядя Герман осторожно заглянул ему через плечо.
Внутри сундука лежала атласная подушка. На подушке сидела небольшая зеленоватая лягушка, держащая во рту заржавленную стрелу.
– Царевна-лягушка! Мама моя родная! – ахнул Халявий.
Проигнорировав оборотня, лягушка посмотрела на дядю Германа глазами, выпученными, точно от базедовой болезни.
– Здравствуй, мой суженый, здравствуй, мой ряженый! – певуче сказала она.
– До-добрый ве-ве-вечер! – заикаясь поздоровался депутат.
– У меня в жизни трагедия! Меня сглазил Бессмертник Кощеев… Этот наглый ревнивец не перенес моего отказа и превратил меня в мерзкую скользкую лягушку! Я гадала на картах Таро, и карты сказали, что единственный способ снять сглаз и вновь превратиться в красавицу – выйти замуж за Повелителя вампиров. Герман, а Герман, это ведь ты? Возьмешь меня замуж?
– Я же-же-же…
– Он женат! – с удовольствием наябедничал Халявий.
Лягушка трагически перевернулась на подушке кверху лапками.
– О, н-нет! – простонала она. – Все пропало! Неужели брак был заключен по обряду Древнира и скреплен его заклинанием? Тогда я навсегда останусь лягушкой! Такие браки нерасторжимы!
– Какого еще Древнира? – подозрительно поинтересовался дядя Герман. – Я женился в грибоедовском загсе, как все приличные люди! На моей свадьбе был один космонавт и два народных артиста!
Беатриса Премудрая в восторге задрыгала лапками.
– Слава хаосу! В загсе не считается. Считаются только магические браки, заключенные по ритуалу Древнира. У вас же не такой брак, нет? – спросила она.
– Нет! – заверил дядя Герман. – Не такой! Мы даже и в церкви не венчались, потому что я занимал ответственный пост.
– А позднее? Не венчался? – быстро и с беспокойством спросила лягушка.
– А сейчас ему не положено, как королю вампиров! Подданные не поймут! – с гордостью за родственничка встрял Халявий.
Счастливая Беатриса Премудрая подпрыгнула и, прежде чем Дурнев успел опомниться, поцеловала его в губы. На дядю Германа дохнуло среднестатистическим болотом.
– Женись на мне, милый! Я ведь красавица. Василиса Премудрая со мной ни в какое сравнение не идет. В какой воде я ножки мою, она той водой умывается.
– В самом деле? Красавица, говоришь? – спросил дядя Герман, с сомнением глядя на лягушку.
