Онлайн-библиотека книг
– Звал? Что случилось-то? – спросил он.
– Скоро сам поймешь! – сдержанно отвечал Ванька.
Ягун заметил, что лицо у него было гневным и сосредоточенным. Примерно таким оно было в день, когда Ванька готовился к дуэли с Пуппером. Ягун достаточно изучил Ваньку и отлично знал его характер. Если сам Ягун вспыхивал всегда мгновенно, но столь же мгновенно погасал, то Ванька разгорался всегда долго, постепенно, неохотно, но когда это происходило, погасить его было уже невозможно. Он шел упорно и до конца. Будь иначе, не выжить бы ему в Дубодаме.
– Надеюсь, ты не меня бить собираешься? Я существо ранимо-болтливое! После меня пылесос осиротеет! – сказал Ягун.
– Не тебя, – отвечал Ванька.
– Это радует. Можно я умру от счастья прямо сейчас?
– Перестань, Ягун… Скоро тебе будет совсем не смешно, – сказал Ванька, поморщившись.
– Мне уже сейчас не смешно. Это я так разряжаю обстановку. Чем больше хмуриков вокруг – тем больше я вынужден болтать, чтобы поддерживать разговор за всех сразу. Мучаюсь, а болтаю. Что могло произойти за тот час, который мы не виделись?
– За этот час – ничего, – кратко сказал Ванька и больше уже на вопросы не отвечал.
Таня открыла сразу. Она стояла у кровати и озабоченно разглядывала полировку днища контрабаса. Перстень Феофила Гроттера на ее пальце ворчал, что она совсем запустила инструмент. Таня почти его не слушала. Феофил ворчал почти всегда, когда его не одолевала старческая дремота.
– Ну что у вас тут за тайны? Помешали мне задушевно беседовать с Жорочкой. Умирать буду – не прощу! А наследства вы уже лишены, имейте в виду, – предупредил Ягун.
Ванька повернулся к Тане.
– Покажи ему! – велел он.
Таня подошла к шкафу и опустила руку в карман комбинезона, который был на ней, когда она летала к Склеповой на Лысую Гору. Спустя секунду в ладони Ягуна оказалось нечто холодное и твердое.
– Что это? Запоздавший подарок мне на Новый год? – спросил Ягун.
Ванька сунул руку в сумку и извлек оттуда Тангро.
Ягун присвистнул.
– Скверная штука! – сказал он.
Таня кивнула. Каменную подушку лапы она нашла на втором этаже дома на Лысой Горе и машинально сунула в карман. После встречи с Ванькой, когда ей казалось, что ее внутренний мир треснул, она забыла о ней. Была выжжена, опустошена, рассержена.
