Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Прежний Ванька немедленно озвучил бы эту идейку и еще идей десять для ровного счета. И вообще пользовался бы всяким шансом, чтобы заработать у нее, у Тани, пару-тройку призовых очков. Этот же новый Валялкин был погружен в себя. Кашалот в нырке, тигр в прыжке… И ей, Тане, пока не было рядом с ним места. Во всяком случае, она его внутренне не видела.

Однако с выводами – а все выводы, которые делала Таня, опирались всеми руками и ногами на сердце и лишь одним мизинцем на разум – спешить не стоило. Таня решила повременить, пока второе впечатление, более надежное, не нагонит первое и либо подтвердит, либо опровергнет его.

– А где ты его нашел? – спросила Таня.

Ванька коснулся котла и подул на палец. Раскалившаяся медь дышала жаром, хотя карликовый дракон только посапывал во сне."

"– Это случилось в декабре, за три дня до Нового года. Снега тогда выпало столько, что я утром не сумел открыть дверь.

Он опустился на корточки рядом с Таней и отрешенно, возможно в поисках равновесия, положил ладонь на ее колено.

– Я вышел во двор. Дом был точно на острове, и везде, куда ни кинешь взгляд, – снег, снег, снег… Он падал и падал. И ничего не было в мире: ни неба, ни земли – только мы двое: я и снег. Это был мир для нас двоих.

– А я? – спросила Таня недоверчиво.

Ванька виновато покачал головой.

– Тогда и поверить было невозможно, что где-то существует Тибидохс и все, кто в нем. Даже ты. Мир сузился до крошечного пятачка. Только я, моя избушка и бушующее снежное царство… Я понял, что застрял здесь надолго. Даже вздумай я сесть на пылесос и улететь, скорее всего, я сбился бы с пути и, когда закончилась бы чешуя, рухнул бы где-нибудь в чаще.

– Но есть же еще телепортация! Ты мог в любую минуту пожелать и перенестись в Тибидохс! – сказала Таня с укоризной.

– О телепортации я как-то не подумал. И потом это означало бы, что я сдался. Задрал лапки, столкнувшись с первыми же зимними трудностями. В общем, я остался, развел огонь – тяга была совсем слабая – и в ведре принялся растапливать снег. Оказалось, я забыл набрать с вечера воды, – продолжал Ванька.

В медном котле заворчались, завозились. Таня оглянулась, и тотчас из котла плеснуло пламя.

– Просыпается! Скоро будет весело.