Таня Гроттер и посох Волхвов

И что теперь, интересно, произойдет? Снова мне руку на плечо положат или познакомят с человеком-штопором? Ничего не пойму… Что-то я де-де-де-де…

В поле зрения Ягуна возник пухлый, очень румяный человечек. Он дунул, и по магическому защитному куполу пробежали белые трещины изморози. Ангарные джинны, газообразные, как им и полагалось, мигом замерзли и попадали на снег сосульками. Гурий Пуппер жалобно схватился за нос.

– … де-де-деревенею… – кое-как закончил Ягун, энергично растирая варежкой застывшие губы.

Академик Сарданапал грустно повернулся к Медузии.

– Да, сегодня их день! – убито сказал он. – И о чем я, интересно, думал, когда согласился, чтобы наша команда встретилась с полярными духами тридцать первого декабря?

– Окончательное решение принимал спорткомитет Магщества. Да и судья не вы. Не думаю, что от вас тут что-то зависело. Магщество делает все для того, чтобы втоптать Тибидохс в грязь. Уверена, тут не обошлось без Бессмертника Кощеева, – проговорила Медузия.

– Но я мог сказать «нет».

Просто не допустить этого матча, и все, – заметил Сарданапал.

– Могли. Но что бы это нам дало? Тиштря и Графин заявили бы, что мы струсили, или вообще сослались бы на какую-нибудь поправку к спортивному кодексу от двести седьмого года до нашей эры… Вон они, кстати, хихикают. И Бессмертник Кощеев где-то поблизости нарисовался. Телепортировался, что ли? Сглазить бы их, а? – мечтательно сказала Медузия, переглядываясь с Великой Зуби.

Зубодериха тонко улыбнулась и поправила очки. Весь ее вид говорил, что сглазить-то, конечно, можно, но только осторожно и вообще лучше пока повременить.

– Милый, пожалуйста, не размахивай копьем! Меня это отвлекает! Да и нежити здесь нет, – ласково обратилась она к Готфриду Бульонскому.

– Де-де-де-ду-да-ды… Ого! Я оттаял! Номер четвертый – Дед Мороз, капитан команды, – жизнерадостно продолжал Ягун. – О, вот и он сам, легок на помине! Надеюсь, в том большом мешке, что у него за плечами, не динамит? А если не динамит, то почему он его так подозрительно бережно держит?.

. В волшебные сани Деда Мороза впряжены три белые кобылицы – Вьюга, Метель и Пурга… Ничего себе птица-тройка, прям у Гоголя угнали! Я тоже, между прочим, мог на танке приехать!.. Одолжил бы у лопухоидов, да и дело в шляпе. Да только, боюсь, были бы проблемы с топливом. Всех бы русалок ободрать пришлось, чтоб он взлетел.

Дед Мороз, важный, бородатый, румяный, промчался мимо Ягуна, обдав его серебром снежных искр. В левой руке у него был мешок.