Таня Гроттер и посох Волхвов

Лишь когда из трещины в полу вытек Безглазый Ужас, а сверху по винтовой лестнице спустились Поклеп Поклепыч, Медузия и Великая Зуби, ученики отхлынули.

Все увидели, что перед воротами лежит оторванная обложка книги «Проделки белых магов в пересказе Гуго Хитрого». Рамка авторского портрета была пока пустой, однако ощущалось, что Гуго где-то поблизости. Внутри портрета кто-то возился и шумно вздыхал.

– Кто первым нашел обложку? – строго спросил Поклеп.

Циклопы засуетились, оглядываясь и подталкивая друг друга локтями.

– Я еще раз спрашиваю: кто нашел обложку? – повторил завуч.

– Давай, Липоня, выходи! Чего уж тут! Начальство требует, ежели так! – загудели циклопы.

Смущенно ковыряя пальцем в носу, вперед протиснулся здоровенный циклоп с узловатой дубинкой. Переступая с ноги на ногу под пристальным взглядом Поклепа, Липоня сбивчиво забормотал, что у них потух костер, а его послали поискать чего для разжига. Он пошел и видит, картонка лежит, он картонку и захватил…

– Чтобы, значит, не просто так ей валяться! – заявил он, в поисках одобрения поворачиваясь к товарищам.

Другие циклопы закивали, зашумели, подтверждая, что картонкам просто так валяться не дело. Нехорошо это, когда картонки валяются, непорядок, подозрительно даже… Им, служилым, этого никак допускать нельзя.

– А как я ее сюды принес, стал угли раздувать, – уже смелее продолжал Липоня. – Только, значить, я ее к угольку, а она как завопит… Ну мне это сразу не пондравилось! Тута я ее снова к огню, а она давай орать благим матом!.

– Дальше я сама… – холодно оборвала Медузия, вставая рядом с Поклепом. – Сюда собралось целое стадо тупых циклопов, и все забавлялись тем, что совали обложку в огонь и слушали, как она вопит. Не так ли?

Циклопы снова зашумели, твердя, что, когда картонка визжит, это не дело.

– Ваши выводы меня не интересуют! Меня интересуют факты! Что произошло после того, как вы совали обложку в огонь? – спросила Медузия.

Опасливо и одновременно укоризненно косясь на шипящих у нее на голове змей, Липоня вытер рукавом нос.

– А то и было… – плаксиво сказал он.