Покурили, подобрали минометчиков, стрелка-радиста с пулеметом и вернулись в расположение батальона.
На войне все меняется быстро. Когда вернулись в батальон, там снова командовал майор Плотник. Чему я был очень рад. Командир полка Третьяков в лазарете не залежался и снова взял командование в свои руки.
Петра Назарыча Плотника давно планировали поставить на полк, но не хватало образования. Я знал, что у него за плечами пять-шесть классов, сверхсрочная служба и ускоренные командирские курсы. Поэтому выше батальона не ставят.
Плохо быть зловредным. Но то, что Степа Хлынов опять вернулся на роту, я посчитал справедливым. Откомандовался батальоном! Три машины на произвол судьбы бросил. Майор Плотник так бы не поступил. Не знаю, что ему объяснял Хлынов, но комбат был в нормальном настроении. Сняв танкошлем, с минуту постоял возле останков погибших ребят, замотанных в шинели, и коротко приказал взводному Ярославцеву:
Ваня, организуй помощь. Могилу уже роют, помоги пехотинцам. Всех вместе хоронить будем.
Ты, Алексей, говорят, с самоходками воевал?
– Так точно.
– Там не «фердинанды» были?
Комбат не случайно спросил про «фердинанды», которые, как и тяжелые танки «тигр», включались в боевые сводки отдельной строкой. Эти немецкие машины в боях наносили нашим войскам особенно сильный урон. За их уничтожение зачастую награждали весь экипаж."
"Поэтому сожженные «фердинанды» и «тигры» часто мелькали в донесениях. Только где их столько взять? «Тигров», согласно техническим справочникам, Германия выпустила менее двух тысяч, «фердинандов» всего 120 штук.
Это составляло считаные проценты от общего количества немецкой бронетанковой техники. Поэтому я не стал увеличивать и без того фантастическое число.
– Совместно со взводом Ярославцева вели бой с двумя самоходками «артштурм», – доложил я. – Машины нового образца с 88-миллиметровыми пушками. Одну штуку уничтожили. За железной дорогой догорает.
– А может, это «фердинанды» были? – хитро сощурился комбат.
– Нет. У «фердинанда» высота три метра, а наши «арт-штурмы», как клопы, приземистые.
Но орудия, дай бог! У нас один танк сожгли и еще две «тридцатьчетверки» из другой бригады.
– Жаль. За «фердинанда» можно смело двоих-троих наградить.
– Не заслужил, товарищ майор, – снова козырнул я.
– Волков во время атаки еще одну пушку раздавил, – подал голос Хлынов. – И гусеничный тягач с десятком фрицев раздолбал.
Конечно, майор Плотник что-то уже знал про отставшие машины, но лишь в общих чертах.
