Насобирали треть каски и вернулись к своим. Чай или компот заварили в котелках. Пришел Ярославцев. Хорошо выпивший, обнял и сказал, что меня приглашает к себе ротный.
– Мы уже поужинали. Чай пить собираемся.
– Эх, молодцы у тебя ребята. Выручили! Ну, пошли, Хлынов ждет.
– Иди, Алексей Дмитрич, – поддержал лейтенанта весь мой экипаж. – Кому лучше будет, если с ротным не сойдешься? Будет совать в каждую дырку, как затычку, пока не угробимся. А водки мы тебе оставим, если там не нальют.
– Как не нальют! – вскинулся Ярославцев.
– Уже налито.
Ребята были правы. На Букрине именно наш взвод сунули под переправу. Там мы потеряли шесть человек и две машины. И сегодня выручать взвод Ярославцева пришлось нам, когда остальные после боя отдыхали. Я согласился и пошел вместе с Иваном. По дороге сказал:
– Долго вы меня приглашать собирались.
Ярославцев, пошатываясь, шепнул на ухо:
– Хлын тебя не звал, потому что опасался, вдруг откажешься. Авторитет все пытается держать. А ребята настояли.
В подвале, освещенном двумя коптилками, сидели за столом оба командира рот, старшина и двое взводных.
Мне налили полкружки разведенного спирта. Выпили за победу, потом за Сталина, помянули погибших. Мужики уже усидели несколько фляжек. Как всегда после боя и хорошей выпивки, стоял гул возбужденных голосов. Хвалили Хлынова, который провел смелую атаку и с ходу вышиб немцев из поселка.
– Действовал уверенно, как комбат, – поддакнул старшина.
Познакомился с лейтенантом Артемом Майковым, командиром второй роты.
«Лейтенанта» и должность ротного получил на Букринском плацдарме, где разбил две немецкие пушки и удачно отразил несколько атак. На мой вопрос, давно ли на фронте, с гордостью ответил, что с февраля сорок третьего.
– Горел, в госпитале лежал, – возбужденно рассказывал он мне свою биографию. – На Букрине рота фрицам дала жару. Когда командир погиб, комбат Плотник роту доверил. Значит, мне тебя благодарить, что два моих танка помог вывести?
– Брось. Какая там благодарность!
– Н-нет, я добра не забываю.
Потом поговорили о том, как воевали с самоходками. Ярославцев сообщил, что выпустил девяносто штук снарядов.
– Выкурили блядей из засады. Леха одну самоходку в клочья разнес. Ну а мы зенитный пулемет вместе с расчетом уделали.
После трудного дня и выпитого спирта тянуло на сон. Хлынов немного меня проводил, пожал руку. Кажется, отношения с ротным стали налаживаться.
ГЛАВА 6 От Киева до Фастова с боями
Это была уже вторая попытка овладеть Киевом.
