Танкисты

 – У вас вот один «кубарь», значит, вы младший лейтенант. Если «шпала», то капитан.

– А у того командира?

– А у него там две звезды было. Вот так, – показал пальцами Лешка, тыкая себя в ключицу. – А перед этим сильный бой был, я слышал. С другой стороны, с противоположной. Думаю, немцы там этого командира в плен и взяли. Я туда не ходил, далеко больно.

– Сколько немцев было? Много?

– Ну, вот одна такая машина, которая и с гусеницами, и с колесами впереди. И грузовик, как у вас, такой же. И все. А внутри сколько солдат, я не видел.

Глава 9

Лешка вывел колонну на ту самую просеку, показал направление и с откровенным сожалением слез с танка на землю. «Тридцатьчетверка» обдала паренька клубами сизого дыма, командир махнул рукой, и колонна пошла по просеке.

Первым шел танк, за ним в десяти метрах грузовик с солдатами. Умывшиеся, сытые, они все равно выглядели не очень по-военному. В деревне нитки были большим дефицитом, и зашить рваную одежду было нечем.

Соколов думал, что это сейчас не так важно. Если провести разведку в Липовке, возможно, атака будет успешной на склады и удастся разжиться не только оружием, боеприпасами, но и новой формой или хотя бы нитками, обувью для личного состава.

Но больше другие мысли занимали лейтенанта. Кто тот командир со звездами в немецкой машине? Неужели Казаков? Неужели он попал в плен? Хотя это мог быть любой генерал, мало ли частей выходит из окружения и по сей день. И все-таки много совпадений. Слишком много. Алешка не сумел описать внешность пленного генерала. Он запомнил только гимнастерку с петлицами и зелеными большими звездами, расположенными горизонтально. Генеральская полевая форма."

"Решение было простым. До шоссе на Липовку было ближе, чем до места предполагаемого боя, который якобы слышал мальчишка. Здесь он видел генерала своими глазами. Значит, первым делом надо проверить эту версию. А терять двое суток на поиски места, где кто-то стрелял, было сейчас непозволительной роскошью. А еще Логунов убедил лейтенанта, что им нужен осведомленный немецкий офицер в качестве «языка».

И такой мог быть в Липовке. Там есть маленький гарнизон, там мастерские, там есть связь, и офицер должен быть в курсе событий в этом районе.

– Стой! – буквально рявкнул Соколов в ТПУ, прижимая пальцами ларингофон.

Танк мгновенно замер, качнувшись на амортизаторах. Впереди стоял немецкий сгоревший грузовик. Резина сохранилась только на заднем правом колесе, дуги от тента торчали черными ребрами, как у мертвого обглоданного животного.