Танцовщица из другого мира

Выцепила взглядом Жанну и поманила её за кулисы.

- Нормально выгляжу? – уточнила я у неё. Она вопросительно приподняла брови. – Всё на своих местах?

- А что-то должно было сбежать? – со смешком поинтересовалась она.

- Не смешно, - буркнула я. – У меня здесь зеркала нет!

Она по-новому оглядела закуток.

- Сейчас принесу, - предложила она. Возразить я не успела, она прошмыгнула за кулисы. Появилась она спустя минуты три и протянула мне небольшое зеркало размером с тетрадку. – А ты куда сегодня пропала?

- Да на пляже рядом с трущобами произошел несчастный случай, вот я и задержалась, - догадавшись о сути вопроса, ответила я.

Получается, что я бросила их одних заниматься шитьем игрушек, убежав на свидание. – Мальчишка чуть не утонул, но Эдгард вовремя вытащил его из воды.

- А что у тебя за дела с Эдгардом? – спросила Жанна озабоченно. – Мне вчера показалось, что вы о магии разговаривали. Ты ещё про огоньки какие-то говорила, - я нахмурилась, пытаясь наскоро придумать объяснение, но в голову ничего не шло.

А Жанна продолжила расспросы. – Ты одаренная?

- Пообещай никому не говорить, - попросила я, кивнув.

- Мы с тобой теперь повязаны, ты знаешь мой секрет, я – твой, - с улыбкой заметила Жанна. И я почувствовала, что пианистка словно расслабилась после моего признания. – Но постой, если ты магичка, то... как тут очутилась?

- Мать, конечно, думала меня отступникам сдать, но её знахарка остановила, - деланно безразлично сказала я, следя за реакцией Жанны. И удивилась, заметив, как она побледнела, услышав про отступников.

У самой Таяны о них практически не осталось воспоминаний, да и те были из разряда страшилок. Но судя по реакции Жанны, они действительно вызывают страх у всех горожан. Желая отвлечь женщину, решила все же рассказать о наших делах со стражем. – Я ничего не умею, Жанна. Эдгард помогает мне освоиться с даром. А огоньки, а точнее файеры я создавала от испуга.

- Да, я слышала вчера, - отчего-то шепотом произнесла Жанна. И как-то странно посмотрела на меня: с долей уважения или даже восхищения.

– Ты очень сильная девушка, Таяна. Я бы возненавидела и мать и отчима, а ты им деньги отдала.

- Только ради сестрёнки, - пробормотала я, пожав плечами. Резеду я не успела ни полюбить, ни возненавидеть, как и маленького братика. Да и у самой Таяны к матери не осталось особо теплых чувств. Или они умерли вместе с прежней владелицей этого тела? – Надеюсь, мать сумеет распорядиться деньгами так, чтобы ей не пришлось голодать.