Танцовщица в луче смерти

Пожалуй, он хочет, чтобы она не уезжала из его дома по утрам. Вот только одно... Он должен в ней сломать, преодолеть... эту ее проклятую гордыню. Ей придется пойти ему навстречу... Она знает, о чем речь.

Он посмотрел на часы. Скоро два. Ей можно звонить. В это время она уже наверняка встала. Он звонил в течение сорока минут. Телефон абонента не отвечал. Он уже забеспокоился, такого еще не бывало. Наконец Виктория ответила.

– Слушаю, – сказала она хриплым голосом.

– Все в порядке? – спросил Вадим. – Ты не заболела? Почему трубку не брала? Что с голосом?

– Я спросил, все ли в порядке?

– Не знаю.

Не хочется разговаривать.

– Кто-нибудь приходил, звонил?

– Твоя мать? И чего она хотела?

– Не помню... Послушай, мне нужно еще поспать. Я выпила снотворное.

– Мне это не нравится.

– А мне как-то все равно, нравится ли это тебе. Позвони попозже.

– Но Виктор вечером за тобой заедет, как всегда?

– Не знаю. Сначала позвони.

Она разъединилась, он скрипнул от злости зубами, услышав короткие гудки.

И вдруг она позвонила. Он схватил телефон.

– Вика, дорогая, ты просто со сна так говорила, да?

– Я спросить хочу. Ты давно видел Нину, мою родственницу? Ну, помнишь, из стрип-данса?

– Я ее, конечно, помню. Когда видел... Ну, наверное, когда они были у нас, не помню точно... Почему ты спросила?

– Потому что ее убили.

Опять короткие гудки... Ковров отбросил трубку, глядя на нее с ужасом. Что это? Откуда такая информация, кто сказал Виктории, почему она сообщила об этом ему.

.. Надо бы обо всем узнать самому, но это будет выглядеть подозрительно. Кто-то может этого ждать... Тот, кто всерьез под него роет. Он иногда думал, суеверно пытаясь отогнать эту мысль, что самая большая беда придет к нему из-за женщин.

– Что я вкратце могу вам сказать, Елена Васильевна, – начал Сергей, удобно устроившись в огромном мягком кресле. – Не все то, что вы считаете своим имуществом, является на данный момент вашим имуществом.

– В каком смысле? – Елена Васильевна собралась, как для прыжка.

– Ну, вы что-то говорили про домик во Флориде, вроде вы считаете, что у вас есть поместье в Словении, кое-что еще, наизусть не помню. В общем, все это оформлено в дар Виктории Корнеевой. Вы говорили, особо ценные драгоценности хранятся не у вас, а у мужа?

– И что? – прохрипела Елена Васильевна.

– Ничего конкретного. Просто такие вещи женщине дарить удобнее, чем особняк. У вас вообще есть их опись?

– Я точно все знаю. Могу составить.