Танцовщица в луче смерти

Сейчас составляют списки домов, куда приглашали эту группу стрип-данса. Девчонки жмутся, плохо идут на контакт. Боятся, конечно.

– Хотя бы того, что звать перестанут, если их почитателей следствие трясти начнет. Они завтра на одном корпоративе выступают. Не хочешь со мной? Посмотрим, может, получится поговорить в непринужденной обстановке. В отделе они произносят два слова «да» и «нет».

Елена Васильевна в трауре молча сидела в кресле и смотрела на зятя. Он, кажется, уже подготовил речь для процесса. Ораторствует минут сорок.

В том смысле, что любовница Вадима коварно заставила его переписать на нее часть семейного имущества, чтобы затем его убить. «Зачем убить?» – думала Елена Васильевна, не находила ответа, но не у него же спрашивать, у этого зятя, который считает себя великим адвокатом. Валерий Козырев. Имя, конечно, на слуху. Но попробовал бы Вадим не сделать мужа Варвары великим адвокатом. Дочь у них с характером. Впрочем, не было бы такого папочки, не было бы и такого характера. Нашла кем-то забытого на папиной вечеринке тусклого юриста, неизвестно, как там оказавшегося, велела отцу раскрутить его, как звезду. А тому что... Надо отдать должное покойному, он всегда чувствовал вину перед семьей, по крайней мере, дочери никогда не отказывал. Да и ей, жене... Напакостил с этими дарственными исподтишка. Если бы она не наняла сыщика, неизвестно, когда бы об этом узнала. Теперь, правда, знает. Прикончила его эта содержанка, хотя вполне могла бы доить и дальше. Ничего не сходилось у Елены Васильевны. Как узнала про то, какую страшную, нелепую смерть принял ее супруг, так не перестает задавать себе вопросы, на которые у нее нет ответа. И все время ловит себя на странной мысли. Пойти в тюрьму и спросить у этой женщины: в чем дело? Почему она это сделала? Может, она сумасшедшая? Да, нужно обязательно узнать. А это может только Сережа.

– Валера, ты иди, – Елена Васильевна приложила к носу батистовый платочек. – Увлекаешься ты сильно. Мне подумать надо, одной побыть.

– Боюсь, вы не понимаете, насколько все серьезно, – остановить красноречие зятя не так уж просто.

– Это ты не понимаешь. У меня мужа убили. Все остальное решим по порядку. Дома не исчезнут. Убийца никуда из тюрьмы не денется. Ты тоже не успокоишься, пока наследство Вадима к рукам не приберешь. Ты особенно клювик не разевай. Не забывай, что есть я, Варвара. А ты вообще у нас на заднем плане просматриваешься.

– Этот ваш тон, Елена Васильевна, неуместен. Я имею в виду интересы нашей общей семьи...