Танцующая с грозой (СИ)

— А что ее, эту ситуацию обсуждать? Есть несколько идиотов, что довели до ручки собственную жену. А тут сюрприз, жена оказалась с небольшим таким секретом. — Изумрудный давно говорил, что необходимо принять защищающие человечек законы, как минимум. Но его высмеивали и не слушали, а сейчас пожинали вполне себе ожидаемые плоды. — У меня только один вопрос, она сейчас просто решила одна побыть или к родственничкам направилась, обсудить, так сказать, трудности своей семейной жизни. И что-то мне подсказывает, что скоро мы об этом узнаем.

Потому что если второй вариант верен, то трудности скоро исчезнут. Вместе с семейной жизнью, и половиной нагаата заодно. Вы, остолопы, родом жены не могли поинтересоваться?

— Мы вообще думали, что она сирота! — Огрызнулся Сид.

— Вы чего делали? И как результат? Есть ощущение, что получилось? — В голосе одноглазого белого ехидство мешалось с презрением.

— Хватит! — Маисса резко поднялась со своего места. — Есть вопросы и поважнее ошибок моего сына и его побратимов! И смею напомнить всем, излишне остроумным, что попади Марина в любой другой клан, к другим мужьям, последствия могли быть гораздо хуже и наступить гораздо раньше

— Неправда, — Желтый наг, примерно одного возраста с Сидом и Рафом, говорил, держа на руках того самого змееныша, что проверял насколько настоящая Лангран здесь находится.

 — В нашем клане с ней ничего плохого бы не случилось.

— Да человечек, попавших в ваш клан, больше никто и никогда не видит.

 — Чей-то выкрик с места

— Правильно! — Усмехнулся желтый, — потому что жен своих прячем, чтобы ни одна посторонняя нагиня не причинила вреда.

— Молчать! Шиа Маисса права, необходимо решить множество возникших проблем, а времени на это у нас, как я думаю, не осталось. — После требования белого жреца, тишина начала устанавливаться, хоть и прерываясь иногда выкриками с места. — Во-первых, у нас новый клан. И клан без территории, а значит, при поддержке некромантов, может начаться передел территории с зачисткой занимающих их кланов.

Конечно, все это будет преподнесено, как месть, за случившиеся с девушкой их крови. И, как не мерзко это признавать, но упрекнуть их в этом никто не сможет.

— А до этого значит могли? Нет, я не утверждаю, что не хотели. Но хотеть и мочь, две большие разницы. Только в прошлые столетия, мы выдерживали натиск Лангранов на последнем издыхании и неся колоссальные потери.