Таран

Тем не менее мне хватило силы духа выйти в таком виде на публику, и, смею вас заверить, я была блистательна, как всегда! Так мы учимся преодолевать трудности.

Аплодировали ей бурно. Видать, у зрителей имелись схожие проблемы, и теперь они уяснили, как с ними бороться.

Затем микрофон передали лысому народному целителю, предложившему согражданам снимать стресс путем поедания серы из ушных раковин. Он вызвался тут же продемонстрировать, как это делается и насколько после этого поднимается жизненный тонус. Аудитория в телестудии ненадолго притихла, и ведущий поспешил заменить целителя на бывшего министра МВД, ряшка которого была покрыта таким здоровым румянцем, словно он не менее года просидел на серотерапии.

Министр, вспомнив несколько забавных случаев из своей милицейской практики, решительно призвал народ к терпимости.

– Вот тогда обстановка в стране сразу нормализуется, – пообещал мордастый мент со стажем. – Давайте не будем делиться на бедных и богатых, на своих и на чужих, на ваших и наших.

Терпимость, терпимость и еще раз терпимость!

Тарану вспомнилось жаргонное словечко «терпила», и ему захотелось сплюнуть. Ха, куда же нынче без этой пресловутой терпимости, насаждаемой хиреющей западной цивилизацией! Как можно быть нетерпимым к несчастным азиатам, которые хотят всего-навсего попользоваться вашей женщиной или квартирой? С чего бы воспитанному человеку обижаться, если обдолбанным тинейджерам взбредет в голову угнать вашу тачку? Почему бы не поделиться с грабителями в переулке последней рубашкой? Как можно морщиться, если паре сальных гомиков приспичило полизаться в вашем присутствии?

Каждый вправе поступать как ему вздумается.

Признать это значит проявить терпимость к чужим недостаткам, а без терпимости невозможно существование по-настоящему демократического общества. Правда, если кто-то «терпит», то на самом деле он совершает над собой насилие, смиряясь с чем-то для себя неприятным. Таким образом, «терпимость» на самом деле является фальшивой маской лицемеров. Стоит ли нам ее примеривать, как это делают на Западе?

От размышлений Тарана отвлек мобильник, оживший в его кармане. Звонил тот самый незнакомец, который посоветовал дождаться темноты. Теперь он выступил с новой инициативой. А не отправиться ли Тарану на улицу Постышева прямо сейчас, не откладывая дело в долгий ящик?

Упоминание долгого ящика вызвало в сознании образ гроба, что не располагало к задушевной беседе.

– Определюсь, – уклончиво ответил Таран.