Таргитай-2. Освобождение

Жестоко убитая Снежана. Истерзанная надругательствами и наложившая на себя руки Зарина…Это было уже целую вечность назад, но именно сейчас Таргитаю показалось, что все случилось только вчера. И вот эти мирные, трудолюбивые люди вновь страдают, льют горючие слезы, гибнут в муках.

Невр почувствовал, как в груди поднимается жгучая ярость. На глаза упала красная пелена, застилая все вокруг. Вытащив Меч, бросился к селянам.

Змей оказался огромен, широк, могуч. Кожу покрывают крупные, как щитки, костяные наросты и шипы – Тарх мельком заметил их на туловище с огромными лапами и длинных, толстых, как бревна, шеях, с которых вниз смотрят большие уродливые головы.

Дальняя голова опустилась, схватила истекающего кровью крестьянина, сжала огромные челюсти. Брызнуло фонтаном крови, тело бедолаги с хрустом исчезло в пасти. Голова принялась неторопливо пережевывать.

Увидев выскочившего из леса человека с Мечом, Змей на миг остановился. Все три головы уставились на мелкую ничтожную тварь, каких Горыныч с наслаждением убивает и поедает.

Таргитай бросился в сторону, с трудом сумев уйти от ударившего в его сторону огня.

– Я – Сварог, – принялся бормотать он, вспоминая свою просьбу к Роду – чтобы его новообретенная сила просыпалась лишь в крайнем случае, а не против обычных людей. Сейчас случай крайний, еще какой! – Я – Сварог! Я Сварог!

– Нашел время молиться, дурень! – донесся злой голос Стефея. – Беги прочь, пока не зажарился!

Краем глаза Таргитай узрел, как к нему вновь несется струя огня. Летит вперед и вниз подобно молнии, раскрываясь, точно огромный огненный папоротников цвет! Он узрел, как скукоживается, чернея, трава.

Тарх прыгнул в сторону, но не успел. Вдруг почувствовал, что кожу обожгло, но это было вполне терпимо. Обычный человек в миг бы превратился в обугленную головешку.

– Я – Сварог, – проговорил уже увереннее. – Сварог! Ну держись, мерзкая тварь!

Губы искривились в победном оскале, он бросился к Змею, держа Меч острием вниз и нагнетая кровь для удара. Подбежав ближе, сумел избежать струи огня.

Со всей дури рубанул клинком. Меч перерубил толстую чешуйчатую кожу, вместе с костью без труда, как острый топор деревяшку. От страшного рева Таргитай едва не оглох, в ушах пульсирует тяжелое, горячее, а глаза от столь громкого рева пытаются вылезти из орбит.

Он тряхнул головой, приходя в чувство. Яростно прыгнул вперед и рубанул Змея по шее. Ближайшая к нему голова рухнула на землю.