Вот если бы кто-нибудь наколдовал, подчистил да принес, а он уже на готовенькое, тогда совсем другое дело!
Пока спускался, начал насвистывать новую песню, в голове начали складываться слова, он менял, улучшал, переставлял местами. Потом достал сопилку и начал подбирать мелодию на разные лады, чтобы била в самое сердце, заставляла плакать и смеяться, никого не оставила равнодушным!
Когда впереди замаячили домики, убрал дудку за пазуху. Поправив волчовку и отряхнув портки от налипших травинок, зашагал по улочке прямо к корчме, где ночью оставил спящего Нестора.
Едва волоча ноги, дударь переступил порог корчмы. Собрался было топать наверх и сладко поспать пару дней, а то и недельку. Однако, окинув взглядом уже слегка заполненную народом зал, увидел Нестора, поглощающего фаршированного, зажаренного на углях гуся. Внезапно взыгравшее чувство голода пересилило усталость, перестала кричать о себе и ломота мышц.
Опустившись на лавку, Таргитай услышал, как та жалобно скрипнула.
– С добрым утром, – сказал он, торопливо отрывая сочное пропеченное крыло и начиная пожирать так, словно месяц ходил голодный.
Нестор промычал приветствие, жуя мясо. Тарх тем временем уже оторвал от гуся истекающий соком бок, принялся раздирать мясо и засовывать в рот. В ноздри ударил умопомрачительный запах гуся, печеных яблок и гречневой каши с орехами, которая оказалась внутри туши.
Только сожрав все, как лесной пожар, дудошник понял, что мясо оказалось жесткое, но он был готов смолотить еще целую стаю таких же птичек.
Завидев пробегающего мальчишку с подносом и пустыми тарелками, замахал руками. Знаками Таргитай показал, чтобы принес кабанчика, если нет поросенка, а еще вина и чего-нибудь сладкого.
Мальчишка кивнул, даже не удивившись, как все это понял всего лишь по жестам, и убежал на кухню.
Пока Тарх помогал Нестору доесть жесткого гуся, хозяин самолично принес кувшин вина, яблоки и все еще парующую, скворчащую, прямо со сковородки, яичницу на десять яиц.
Заодно взял деньги и неторопливо вернулся за стойку протирать глиняные кружки.
– Где тебя носило всю ночь? – поинтересовался Нестор, глядя, как Таргитай с голодными глазами набросился на яичницу. – Кто-то очень громко храпел. Я думал, ты, а оказалось – соседи.
– Да ходил гулять, полюбоваться красотами, – проговорил дударь с набитым до пупа ртом.
Нестор глянул с удивлением.
– Какие уж тут красоты. Или к девке ходил? Ну ты даешь, Таргитай.
