Таргитай

А сейчас вообще куда-то пропал.

Дальше шли в хмуром молчании. Степан погрузился в себя, взгляд сделался задумчивым. Таргитай шёл, сжимая и разжимая кулаки. На лице отразилась целая гамма чувств, но в синих, как морские волны, глазах то и дело мелькают досада и сожаление. Вот-вот вспыхнет война! Погибнут невинные люди, а он, наделённый силой бога, ничего не может сделать! Не может предотвратить!

Они проходили через многочисленные залы и коридоры, шли через соединяющие их лестницы. Наконец, впереди показались двери в малый зал для аудиенций.

Завидев воеводу, стражи расступились, убрали загораживающие проход копья.

Алкедон восседает на троне, суровый взгляд на полноватом лице упёрся в стоящих перед ним военных советников. На нем одежды из чёрного, украшенного золотом шёлка. Волосы на лбу перехвачены золотым обручем, в котором рубин размером с куриное яйцо. На запястьях тускло поблёскивают золотые браслеты.

От светильников у стен идёт чистый, мягкий свет, веет запахом ароматных масел.

Чёрные одежды скрадывают полноту Алкедона.

Седовласые советники, Воронг и Комар, что-то усердно докладывают, спорят. Жестикулируют, приводят доводы, но Алкедон вдруг рубанул по воздуху ребром ладони, призывая к молчанию. Глаза яростно сверкнули.

– Довольно! – гаркнул он. – Вы что, белены объелись?! Оставим часть войск прикрывать тылы! Да и пусть следят за артанцами – на всякий случай, чтоб следовали договору!

– Светлый царь, – возразил Воронг осторожно, – артанцы никогда не нарушают соглашений.

– У них с этим строго, – добавил Комар. – Это не подлые куявы.

Алкедон рассмеялся, но лицо осталось угрюмым и кислым.

– Артанский царь, как и любой другой правитель, может предать союзников, если увидит выгоду для себя и слабость у них. Волхвы потом объявят, что на то воля богов и что лишь Артания – богоизбранная страна, несёт свет в этот мир. Остальные народы – мясо для их топоров.

Медгарв кашлянул, привлекая внимание. Алкедон повернул к нему голову. Советники тоже обернулись, оба здоровые, как медведи.

– Наши доблестные витязи воротились! – заявил царь бодрым голосом, рассматривая Степана и Таргитая. Взгляд не отпускает мешок у невра в руках. – И гораздо раньше, чем мы ждали!

– Долго ли умеючи, – заметил Комар. Глаза смотрят из-под густых бровей с неприязнью, голос прозвучал неприветливо.

Алкедон смерил Таргитая критическим взглядом, в глазах промелькнуло недовольство.

– Вы на полдороге развернулись, что ли? – спросил он.