Тарзан. Том 1

Он стал немного бодрее и почувствовал себя лучше, но наружность его осталась все та же: такой же бывший человек, растоптанный и исковерканный жизнью.

Ему еще не было сорока лет, но казалось, что ему не меньше восьмидесяти.

Никакой жажды мести не осталось в сердце у Алексея Павлова, только тупая ненависть. Ненависть к человеку, которого он и Роков неудачно пытались погубить; ненависть к покойному Рокову, потому что Роков заставил его перенести столько ужасов; ненависть к полиции двух десятков городов, от которой он должен был скрываться; ненависть к закону, ненависть к существующему строю, ненависть ко всему… Каждая минута его жизни была напоена болезненной злобой, и его умственные способности подверглись такому же разрушению, как и его тело, испепеленное злобой.

У него было мало общего, или, вернее, у него ничего общего не было с теми людьми, которым он был обязан своим спасением. Он был слишком слаб и не мог работать; он был слишком угрюм и не мог составить веселое общество; в конце концов, его предоставили себе самому.

"

"«Марджори В» была зафрахтована синдикатом богатых фабрикантов, снабжена лабораторией и целым штатом ученых и отправлена на поиски какого-то продукта местной флоры, который фабриканты были вынуждены до сего времени выписывать из Южной Америки по баснословной цене. Что это был за продукт — никому, кроме ученых, не было известно на борту «Марджори В».

Несколько недель судно стояло на якоре, вдали от берегов. Однообразная жизнь начинала утомлять путешественников. Они стали часто уезжать на берег, и однажды Павлов попросился с ними: раздражающая монотонность жизни на корабле успела утомить его.

Остров густо зарос лесом. Джунгли спускались почти к самому морю. Ученые зашли в глубь острова, продолжая свою погоню за драгоценным товаром: туземцы материка указывали им, что остров богат этим товаром. Экипаж корабля охотился, ловил рыбу и занимался исследованиями. Павлов шатался по берегу или лежал под тенью высоких деревьев на опушке леса.

Однажды все матросы столпились вокруг пантеры, убитой одним из охотившихся.

Павлов дремал под деревом. Вдруг кто-то тронул его за плечо. Он проснулся и, приподнявшись, со страхом увидел огромную человекообразную обезьяну, которая сидела на корточках и внимательно рассматривала его. Ужас охватил Алексея Павлова. Он взглянул на матросов — они находились в двухстах шагах от него. Обезьяна опять затеребила его плечо, жалобно бормоча. Во всей позе животного и в его вопросительном взгляде не было угрозы.