Онлайн-библиотека книг
— Ну, да, Корак был… ну, просто Корак! — и она снова залилась веселым смехом — над удивительной ясностью своего определения…
Он смотрел на нее и слушал ее; она говорила, казалось, так искренне, но Морисон все-таки никак не мог проникнуть в тайны ее девичьей души. В то же время ему хотелось, чтобы его предположения относительно неустойчивости ее добродетели оказались правдой, иначе ему придется оставить свои планы. Почтенный мистер Морисон Бэйнс до известной степени не был лишен чувства совестливости.
* * *"
"Вскоре после того, однажды вечером, они вдвоем сидели на веранде.
Мериэм была очарована.
— Мериэм… — прошептал он. — Моя маленькая Мериэм! Могу ли я надеяться… что вы позволите мне называть вас «маленькой Мериэм»?
Девушка взглянула на него широко раскрытыми глазами. Но он уже стоял в тени, и она ничего не увидела. Она дрожала, но не отворачивалась от него. Он обвил руку вокруг ее талии и прижал ее к себе крепче.
— Я люблю вас! — шептал он.
Она молчала. Она не знала, что сказать. Она ничего не знала о любви. Она никогда не думала о ней. Но ей казалось, что это очень хорошо, когда любят. Так мало в своей жизни видела она доброты и сочувствия.
— Скажите же, скажите! — бормотал он. — Скажите, что вы тоже любите меня?
Их губы сблизились. Вдруг она ясно представила себе Корака и вспомнила его поцелуи. И тут она впервые догадалась, что значит любовь. Она осторожно выскользнула из его рук.
— Я не знаю, я не уверена в этом. Нужно подождать. Я еще молода для замужества. Я боюсь, что Париж и Лондон испугают меня.
Мериэм поднялась. Образ Корака вновь встал в ее воображении.
— Спокойной ночи! — сказала она. — Мне жаль будет покинуть эту страну, — и она показала на звездное небо, на огромную луну, на темные заросли джунглей. — О, как я люблю ее!
— Лондон вы полюбили бы еще больше! — искренне сказал он. — И Лондон полюбил бы вас.
